Читаем Стать Равной онлайн бесплатно
Воздух сгустился. Я почувствовала, как внутри меня что-то вибрирует. Волна — не электрическая, не механическая. Волна живого поля. Как будто сердце качало не кровь, а энергию.
— Асдаль… — прохрипела я, оступаясь. — Что… это?
Но личный оптимизатор опять куда-то запропастился.
Шеррас что до этого методично меня тренировал на приличном расстоянии резко подскочил. В его глазах отражалась тревога.
В этот момент Каррис вернулся. С ним — она. Но теперь они оба замерли, уставившись на меня, как на голограмму, которая начала искажаться.
— Волновое искажение… — выкрикнула жена Карриса, уже сканируя показания с браслета. — Частота превышена в три раза. Это… это резонансный импульс!
— Что? — выдохнул Каррис. — Она связана… сейчас?
Шеррас в отличии от брата панику наводить не стал:
— Ты задаешь не верный вопрос куда важнее… с кем она связана…
— Как давно сформировалось связь? — отринув личное раздражение жена этих молодцев наконец-то стала похожа на профессионал, а не на ревнивую барышню.
И тут открылась дверь
На пороге стоял он. Шиардан. Одна из причин всех моих бед.
Словно сам воздух напрягся. Он шагнул вперёд, взгляд на мне — тяжёлый, острый. Явился и молчал. Но волны энергии вокруг усилились.
Братья синхронно отступили. Его взгляд на мгновение метнулся к показаниям. К браслету. К моей дрожащей фигуре. Потом — к своим ладоням. Он, похоже, чувствовал то же, что и я.
— Проклятье… — несколько недоуменно выдохнул Каррис. — Они… в резонансе.
— Но… кто третий? — прошептала жена, вглядываясь в график. — Здесь же… три пика. Не два.
Шиардан молча поднял глаза. Наши взгляды встретились поверх их голов.
Мы связаны. Я. Он. И… кто-то ещё. Кто наблюдает. Кто ждёт. Я даже не хочу о нем думать, о его жестокости.
И эта третья точка — угроза для всех нас. Вокруг меня не дураки и сложить дважды два не сразу, но сумеют. Буквально недавно прогремели новости о резонансе Императора
И если меня убить Ронан не может… то эту троицу вирассов запросто. Что-то внутри дрогнуло, я не хотела быть причиной смерти кого бы то ни было.
Тут лицо Шиардана исказила кривая усмешка. Такая нетипичная, чужая и неестественная на его лице.…словно.... инструктор смотрел на меня —
и в этот момент это был уже не он.
На его лице проступал Ронан.
Как наложение искажённой голограммы — смещённое, неправильное, чужое. Янтарь глаз ломался серебром, черты вираса расплывались, и на их месте проступал Он.
По-настоящему страшно стало не сразу.
Страшно стало, когда я поняла — это вижу не я одна.
Я беспомощно оглянулась на троицу, стоящую чуть в стороне.
Туман накрыл сознание рывком.
Перед глазами вспыхнула картина — не воспоминание, не видение, а предупреждение.
Братья одновременно начали оседать.
Без криков и сопротивления. Их колени подломились, тела рухнули на пол почти синхронно, как будто кто-то одним движением выключил их обоих.
Фурия метнулась между ними — дёргано, беспомощно, не понимая, кого спасать первым.
А затем… и её ноги подкосились, и она рухнула следом — тяжело, безвольно, как мешок.
— Нет… — кажется, это вырвалось у меня. Или уже нет.
Мир качнулся.
Это было последнее, что я увидела, прежде чем тьма сомкнулась.
Но одно ощущение я всё же успела поймать —
крепкие руки, подхватывающие меня под спину,
резко, надёжно, не давая удариться о пол.
А потом — ничего.
ЗА НЕСКОЛЬКО ЧАСОВ ДО...
ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ. ЛИЧНЫЙ СЕКТОР РОНАНА. 04:11 ПО ИМПЕРСКОМУ ВРЕМЕНИ
Ночь не кончалась.
Она тянулась, как незаживающий разрез, тонкая, холодная, с металлическим привкусом на языке. Во дворце было тихо. Слишком тихо даже для личного сектора Императора. Ни шагов охраны за внешним контуром, ни едва слышного гула дронов-обслуги, ни голосов дежурных аналитиков. Ронан приказал отключить всё, что могло отвлекать.
Остался только он и чужая память.
Полупрозрачные голографические слои висели перед ним в темноте личного кабинета, дробя пространство на фрагменты света и теней. На десятках поверхностей одновременно мерцали выжимки эмоциональных паттернов, которые Асдаль извлекал из памяти Эльвиры с пугающей точностью.
Ронан стоял неподвижно, сцепив руки за спиной. Лицо его было спокойным. Только левый висок едва заметно пульсировал.
— Повтори сегмент, — приказал он.
— Уточните индекс воспоминания, — бесстрастно отозвался Асдаль.
— Последний. Нет. Предпоследний. До всплеска тревоги. Где она снова пытается открыть дверь.
Голограмма дрогнула.
И перед ним возникла не академия, не Виртум и не орбитальный зал тренировок.
Грубая земная дверь. Тусклый свет. Женская ладонь на ручке. Быстрое, сбивчивое дыхание. Давящее ощущение беспомощности. Тишина за дверью — и то особое, унизительное чувство, когда ты уже заранее знаешь: тебя не услышат.
Ронан прищурился.
Он не смотрел на это как на человек смотрит на чужую боль, а изучал и разбирал словно хирург. Отделял первичную эмоцию от вторичной, искал причинно-следственный узел, в котором страх превращался в ярость, а ярость в упрямство.
Но в этот раз что-то мешало.
