Читаем Фолкнер онлайн бесплатно
Стоял один из дней, что иногда выпадают в марте, — теплый, ласковый и бодрящий, как сама весна. В прозрачных ветвях щебетали птицы, и если карета на минуту останавливалась, заливистая песнь жаворонка заставляла путников посмотреть наверх и любоваться голубыми сводами его небесного жилища. Природа наполняла радостным ликованием все сердца, но Фолкнер охотнее других откликался на ее зов. Впрочем, все трое путешественников испытывали приятные чувства. Миссис Рэби ощущала естественное удовлетворение человека, совершающего великодушный поступок. Элизабет чувствовала, что поездка в Беллфорест приближает ее к Невиллу; ничто не мешало ему переступить порог дома ее деда. Но Фолкнер был счастливее всех. Его переполняла не примитивная радость человека, которому удалось сбежать от угрозы; он радовался отчасти оттого, что Элизабет возвращалась в семью, ведь обстоятельства сложились так, что только там она могла быть счастлива и не разлучаться с ним. Он также чувствовал облегчение, ведь с его плеч упал груз, который так долго его тяготил. Но была еще одна причина, которую он не мог сформулировать даже для себя. «И ожил я, и был я император»[34] — такими словами можно было охарактеризовать его теперь; он больше не взирал на природу с печалью и укоризной, не запрещал себе испытывать нежные чувства и не взращивал в себе раскаяние, считая своим долгом терзаться. Он примирился с собой и людьми; когда суд закончился и его освободили, воспоминания сразу перестали его мучить, а по жилам потекла здоровая кровь. Впервые признавшись в своем преступлении, он показался Невиллу человеком, стоявшим на пороге смерти. Теперь же было очевидно, что болезнь отступила; его грудь расправилась, взгляд прояснился и ожил. Ни разу с тех пор, как они уехали из Греции, Элизабет не видела его таким счастливым; за все время их общения он ни разу не пребывал в столь спокойном и жизнерадостном расположении духа. То была его награда за страдания, дар небес человеку, что стойко терпел и предпочел открыться любви, а не лелеять в сердце гордыню и отчаяние. Это было естественным следствием благородного нрава, способного возвыситься даже над своими ошибками, признать, что его природе чужд порок, и позволить добру вступить в неприкосновенные права.
Они въехали на территорию поместья с широкими аллеями и тенистыми просеками. В прозрачном лесу зеленели кедры, лиственницы и сосны, расцвечивая его множеством красок; из-под земли пробивались первоцветы; набухли и позеленели почки. Фолкнер вспомнил свой приезд в Беллфорест предыдущим летом; тогда он совсем не подозревал о грядущих событиях, а сердце его и мечтать не смело о покое, необъяснимо переполнявшем его теперь. В тот раз огромные угодья и величественный особняк показались ему мрачным пристанищем религиозного фанатика; теперь же он видел перед собой долину счастья, где правили любовь и жизнерадостность.
Навстречу миссис Рэби вышли ее дети: две изящные девочки пятнадцати и шестнадцати лет и подвижный мальчик лет двенадцати. Они обожали мать и обрадовались приезду новой кузины. Их сияющий вид и веселые голоса окончательно развеяли атмосферу меланхолии, которая прежде витала в почтенном особняке. Даже сам старый Осви Рэби, окончательно впавший в маразм и не понимавший, что происходит, улыбался и казался довольным, глядя на окружавшие его веселые лица. Он, кажется, не понял, кто такая Элизабет; но понял, что это какая-то родственница, и общался с ней с подобострастным почтением; учитывая, каким надменным тоном он разговаривал с Фолкнером прежде, смотреть на это было очень забавно.
Чего же не хватало для полного счастья? В компании юных сестер и брата Элизабет заметно повеселела; она особенно понравилась младшему, Эдвину, поскольку держалась на коне так же бесстрашно, как он сам, и рассказывала ему бесконечные истории о далеких краях, где ей довелось побывать, и о своих приключениях, среди которых были и страшные, и смешные. В миссис Рэби она нашла возлюбленную подругу, с которой можно было часами вести серьезные разговоры, а поправившееся здоровье и бодрость Фолкнера несказанно ее радовали.
