Читаем Фолкнер онлайн бесплатно
Он казался таким счастливым и так безудержно радовался, что ее сердце тоже исполнилось радости — более спокойной, но такой же искренней. Они были молоды и любили друг друга; это само по себе казалось блаженством, но жестокие обстоятельства сблизили их, умножив счастье и сделав привязанность более пылкой и прочной. Теперь же, когда он нашел способ быть ей полезным, а она всецело на него положилась, рухнула последняя пелена и последняя преграда, и их сердца соединила чистейшая любовь, что возникает лишь при полном доверии и безраздельной взаимной симпатии.
Невиллом всегда управляли великодушные порывы, но он нередко бывал опрометчив в своих решениях и торопился действовать; его чувствительной душе было неприятно смотреть на страдания даже самого порочного человека, и он глубоко сопереживал всем страждущим. Поэтому, размышляя о положении, в котором оказалась Элизабет, он приходил в бешенство. Представляя ее нынешнее существование, он не думал о различных обстоятельствах, которые смягчали ее бедственное положение; он представлял только самое худшее, самое отвратительное и в мрачнейших красках; его воображение рисовало картины ужасного будущего Фолкнера, о котором сам Фолкнер и Элизабет изо всех сил старались не думать. Фолкнера ждала та же судьба, что и самых жестоких преступников, и Невиллу она казалась неизбежной; он часто задумывался, почему Фолкнер не хочет сбежать и почему Элизабет, такая преданная и смелая, не придумает, как вызволить его из темницы. Он пытался заставить отца прозреть, смягчить его сердце, но тщетно. Он также искал в давно минувшем прошлом какие-нибудь улики, которые могли бы оправдать Фолкнера: ездил в Треби и видел могилы несчастных родителей Элизабет; встречался с миссис Бейкер и собрал рассказы очевидцев о том, как Фолкнер высадился на берег, но не узнал ничего, что помогло бы прояснить загадку смерти его матери. Единственным следом оставалось собственное признание Фолкнера, в котором каждая строчка была правдивой и представлялась ему столь благородной данью памяти бедной Алитеи, что попытки отца заподозрить Фолкнера во лжи и извратить его слова казались ему ужасными и отвратительными.
Поначалу софистика сэра Бойвилла и его убедительные аргументы сбили Невилла с толку, но вскоре преданность Элизабет делу Фолкнера заставила его передумать; ему открылась низость мотивов отца и истинный ущерб, который тот нанес репутации матери.
Тогда Невилл решил избавить окружающих от предрассудков в отношении Фолкнера или хотя бы добиться справедливого суда и стал во всеуслышание заявлять о своей уверенности в невиновности Фолкнера. Он отзывался о нем не иначе как о джентльмене, великодушном и порядочном человеке; твердил, что в наказание за свое преступление он должен погибнуть от руки мужа или сына жертвы или предстать перед судом своей совести, а преследовать его так, как преследует сэр Бойвилл, бесчестно и бессмысленно. Рассказ Фолкнера раздосадовал сэра Бойвилла, его тщеславие было сильно задето противостоянием со стороны сына и равнодушием жены, которая самолично признавалась, что его не любит. Он был не в силах понять великодушную натуру Невилла и, помня о его прежнем рвении в расследовании дела матери, думал, что тот с готовностью поддержит его месть. Однако нынешние доводы сына, уважение к врагу и желание, чтобы к тому отнеслись со снисхождением, что вполне соответствовало джентльменскому кодексу чести, представлялись сэру Бойвиллу безумием и даже хуже: радуясь позору и страданиям врага, он почти убедил себя, что его обвинения — чистая правда и наказание осужденного преступника наконец удовлетворит жажду мести. Больной старик, уже одной ногой стоявший в могиле, он тешил себя мыслью, что его хватка по-прежнему была смертельной и тот, кого он ранил, терзался в агонии, признавая его власть.
Вернувшись в Дромор из Карлайла, Джерард стал искать встречи с отцом. Когда Осборн отказался присутствовать на суде, самые смелые надежды сэра Бойвилла оправдались; увидев сына, он саркастически его поздравил, показав всю жестокость своего сердца. Джерард ответил сдержанно, сказав, что это обстоятельство действительно может роковым образом повлиять на суд, но с ним нельзя просто так смириться, и он сам отправится в Америку и попытается уговорить Осборна приехать, чтобы в истории его матери не осталось темных пятен и грядущий процесс оказался бы полным, справедливым и удовлетворительным. Услышав эту новость, сэр Бойвилл на миг онемел от ярости. Последовала свирепая сцена. Джерард уже все решил и считал свой поступок правильным, поэтому оставался спокойным и непоколебимым. Сэр Бойвилл, привыкший не стесняться в бранных выражениях, выплевывал оскорбления и злобные проклятья. Он называл сына осквернителем материнской памяти, позором семьи и всего человеческого рода. Джерард улыбался, но в глубине души ощущал себя несчастным оттого, что они с отцом обречены на вечное противостояние; ему пришлось призвать на помощь весь свой энтузиазм, чтобы побороть унизительное и печальное воздействие отцовского негодования.
