Читаем Чел онлайн бесплатно
– Так точно. Дальше кусок лета.
– Есть приметы?
– Да, тут почти везде явные намеки на это. Ну, если, конечно, все происходит в нашей широте, а не где-нибудь на экваторе.
– А год? Текущий?
– Это неясно. Виртуально, какой угодно.
– Что еще вы заметили?
– Тут они реально вместе, на все сто, но почему-то пишут сообщения.
– Версии, кроме тех, что мы уже озвучивали?
– Немые? Глухие? И то и то? – выкладывает разом Глеб.
Не то чтобы Линер и самой это не пришло в голову, но озвучивать эти варианты она бы точно не стала. Больно уж экстравагантные подозреваемые. К тому же версия Глеба требует уточнения.
– Не оба. Кто-то один из них.
– Почему?
– Оба могут общаться и не в письменной форме. У них свой язык. Но если один, так скажем, нормальный, а второй нет, тогда и нужна переписка – одинаково удобный для каждой из сторон вариант общения. Теперь вопрос: кто из них этот «ненормальный»? Линер снова вспоминает подрывника-певца: «Неужели он вернулся? Или это все твоя больная голова?»
Вслух:
– Если нет явных указаний…
– Их нет.
– То без специальной лингвистической экспертизы мы ничего не поймем. Письменная речь глухих, насколько я знаю, имеет некоторые особенности. Но нужен эксперт… Точно нет прямых указаний?
Линер бегло проматывает тред туда-сюда.
– Это бы обращало на себя внимание.
– Да, трудно пройти мимо… Их пространство как-то более узко определяется?
– Набережные и мосты.
– Так… А метро?
– Есть упоминания.
– Еще что?
– Остальное единичное. Один ресторан. Без названия. Судя по буайбесу, что-то средиземноморское. Флешмоб. Обливание краской. Реально был в июле в Выставочном центре.
– А вы говорите нет зацепок на этот год…
– Так он и в прошлом году был. И не только здесь. Более десятка городов только у нас.
– Еще?
– Частности. Подъезд. Лифт.
– Особенности здания?
– Высокое. Больше девяти этажей.
– Ничего больше?
– Ничего.
– Еще?
– Цветочный киоск. Без особых примет. И всё, кажется.
– Не густо. Прочие люди?
– Без конкретики. Они вроде как присутствуют, но параллельно. С кем-то были в ресторане. Вроде бы знакомые. Может, даже родственники. Кто-то был в подъезде и лифте. Какой-то праздник. Он его испортил. Понятно, куча народу на флешмобе, мостах и набережных. Но везде без лиц и имен.
– Не за что зацепиться, хотите сказать?
– Так точно…
Линер ловит взгляд Глеба и поворачивается в сторону отца. Он держит в руках пустую морилку. Встречается взглядом с дочерью, объясняет:
– Эксперимент. Отвернулся. Досчитал до пяти… Достаточно…
– И что теперь? Опять в поля?
– Нет смысла. Всё понятно.
– Понятно?
– Понятно, что бабочку так не сохранить. Но есть фото и видео.
– А они не из той же серии?
Отец меняется в лице, опускает морилку в сумку, что-то судорожно ищет в карманах пиджака, находит «мыльницу» и просматривает записи. Выдыхает:
– Вы так, майор, не пугайте… Это вам не… На месте всё…
– Пока на месте. В морилке тоже было все на месте… Предметы, Глеб. Что по ним?
Линер мгновенно переключается на тред, не дав отцу ответить.
– Костюм и вечернее платье. Увязаны с буайбесом.
– В смысле?
– Залиты им. Испачканы. Причем костюм намеренно. Интересно, что у нее, судя по треду, платьев вообще до этого случая не было.
– Именно вечерних?
– Всяких. Еще она никогда не ходила на каблуках. Да и тогда недолго прошла.
– Сломала?
– Да. Сама. Оба.
– Почему?
– Надоели.
– Быстро… Где это?
– Чуть дальше… Вот…
– Да, вижу… Действительно… Что еще?
– У него первое мороженое.
– Ну, тут понятно – певец.
– У нее первые цветы. Ну, почти первые…
– Тоже возможно.
– Отдала бомжихе.
– А вот это беда.
– Еще в тему – свадебные замки.
– Что с ними?
– Спиливали. Она как-то оцарапала о них руку. Выглядит как месть.
Линер вспоминает вспышкой: мамин «желто-светский» журнал, страница происшествий, заголовок: «Кому помешало чужое счастье?»
– И вы говорите, что нет точной временной и пространственной привязки, Глеб? Вы меня разочаровываете…
– А что такое, товарищ майор?
– Спиленные замки на пяти мостах этим летом. Вы что не слышали?
– Нет.
– Было дело. Шло как вандализм.
– По мне так эти замки вандализм… – перебивает Глеб.
Линер останавливает его взглядом и частично соглашается:
– По-всякому можно посмотреть. Замков нет в проекте, следовательно, их вывешивание – это нарушение. Но с другой стороны – замки это своеобразная примета города… В любом случае не это главное… Ясно, что эти двое провели в городе все лето. Спиленные замки фиксируются с мая по август.
– И это прямая увязка с набережными и мостами. Только…
– Что только, Глеб?
– Причем здесь теракт, товарищ майор?
– Согласна. Нет прямой связи. Но мелкими проступками часто прикрываются большие преступления. Влюбленная парочка, шляющаяся по городу и спиливающая свадебные замки. Обращают на себя внимание, но предъявить особо нечего. Никто не заподозрит в чем-то серьезном.
– Под дурачка косить?
– Хм… Образно говоря – да… Что еще? Мы ничего не пропустили? – спрашивает Линер и контрольно оборачивается. Отец просматривает записи.
