Читаем Чел онлайн бесплатно
«Сборище это спланировано. Тут и думать нечего. Сам слышал, как мамочки колясочников перешептывались. Мол, что так и будем стоять, что у нас там теперь по плану? Ну, одна и достает листок с молитвами. И ну читать. Там что-то и на обороте было написано. Тот самый план и есть, наверное. Коляски-то у них прямо в ряды стоят. Как на параде ни дать ни взять. Тачанки, прости Господи. Первая конная! Пулеметов нет. Инвалиды только. Ими атаковать собираются, что ли?»
Или такие высказывания бывшего пациента:
«Не знаю насчет спланированности, но язва прошла. Я хрон с пятнадцати лет. А тут хоть стейки жри и вискарем запивай. Врачи руками разводят. Хорошо не сделали вид, что это они меня, дескать, вылечили. Того, с третьей палаты, я сам не видел. Ниже этажом был. Да никто его не видел. Врачи, думаю, сами сейчас в третьей сидят в кружок и шаманят. Вечной жизни набираются. А я принял уже на душу. Двадцать пять лет на кашке. Эх, куда понять больной голове здоровую!»
Вот еще от бывшего:
«Да нет там никого в третьей палате. Одному привиделось – и пошло-поехало. Вопрос: как я на ноги встал с третьим-то инфарктом? Вопрос: как я после него выжил? А дальше просто: веришь – живешь. Не веришь – не живешь. Не в Бога веришь, а в то, что живешь…»
Не отстают и мои фавориты.
«Nastasiafilippovna» праведно возмущается:
«Подайте мне организаторов! Почему нет горячего питания? Где напитки и бутерброды с колбасой? Где буржуйки и палатки для обогрева? Что это, блин, за организация? И после этого мы хотим, чтобы за нами пошли люди? Дайте водки! Хочу водки!»
«Misterpip» вслед ей и вовсе куражится. Не везде корректно. Но не могу не процитировать. Черный юмор на его совести:
«Мной лично замечены кураторы акции. Преимущественно на костылях. Особенно много их кучкуется в районе хосписа. Там, по-видимому, центр их гражданских, крайне недолгих инициатив…»
Теперь к тому, что показывают. «Телики» в своем духе. Спецкоры на первом плане. Позади мутная картинка. Эффект присутствия. Хотя скорее отсутствия. Пытаются оживить репортажи записями с дронов. Но они у них висят на одном месте и очень высоко. Центральная часть больничного двора – всё, что мы можем наблюдать. Про тексты, озвучиваемые при этом, и говорить не приходится. Мысль едина. Потому и пуста, наверное. Вот краткий монолог Сбитнева с претензией на анализ, разумеется:
«91-я больница весь день поставляет нам срочные новости. И чем дальше, тем яснее, что эта акция спланирована. На фоне всеобщей скорби разворачивается грязная вакханалия, иначе не скажешь. Попытка известных сил, спрятавшись под маской чудо-исцелений, в очередной раз высказаться. Так и хочется спросить, а не является ли все происходящее, пусть и косвенным, но доказательством связи устроителей акции с организаторами теракта, то есть с теми, кто просто словами не обходится, а реально убивает. Но даже если такой связи и нет, налицо их связь ментальная и нравственная. Точная безнравственная, бесчеловечная. Непреодолимая тяга к разрушению роднит и связывает этих людей в единое целое. Такую связь нужно разорвать во что бы то ни стало. А для этого мы должны быть сильными и в свою очередь едиными… Итак, наш траур не только память и скорбь о погибших, не только призыв к миру и единению, но и меч, справедливо отмщающий и карающий…»
Вот такой, господа, траур – с мечом и угрозами. Что ж, ни убавить, ни прибавить. Так и оставим. Сбитнева комментировать – вещь хорошая. Но опасная. Мельчаешь. Давит. На себе испытываю. Ты для него вошь. А пикнешь – станешь Мордором. Без права переписки. Такой вот экранный властелин сердец. Такой вот Гендальф Виссарионович.
Ну да оставим «теликов». Они ходят по кругу от безысходности. Частные видео куда более информативны. В частности, съемки с крыш и балконов соседней девятиэтажки. Это вот западный фасад. Вообще, надо сказать, окрестностям с высотными зданиями не повезло. Везде куда ни глянь унылые пятиэтажки. «Элитки» и те не блещут этажностью. Так что съемки с этого ракурса имеют особую ценность. Как мы видим, детская площадка во дворе дома, выходящая на больничную ограду, переполнена. Вестибюль ближайшей к больнице станции метро выходит именно на эту сторону. Также недалеко ж/д станция и съезд с транспортного кольца. Проезды к станциям забиты людьми, которые всё прибывают. Куда ни глянь – пешеходная зона. Я бы даже уточнил, да простят меня любители русского языка, «пешестоячая» зона. Плотность населения в пятидесяти метрах рядом с оградой – фан-сектор рок-концерта. Ожидающие на другой стороне опалевцы выглядят на фоне такой массы жидковато. Но ограда им в помощь, да и известные спецсредства, ну и ребята, конечно, они – палец в рот не клади. Бей, бей лежачего! Не трусь! Чего там! Прорыв с запада, что называется, возможен, но сложен. Очень сложен.
