Читаем Чел онлайн бесплатно
Чарли возвращается на постель и, осторожно приподняв край одеяла, забирается под него. Без каких-либо раздумий Чарли ложится на Чела, поначалу вытянувшись что есть силы, словно желая прикрыть его собой полностью, без малейшего остатка. Поняв, что ее роста не хватит для этого, как ни тянись, Чарли обнимает Чела руками и бедрами. И странно – она вдруг ощущает, что теперь ее хватает с избытком на все его огромное для нее в других обстоятельствах тело. Что это не она, а он «мелкий». О, это ненавистное ей выражение, которым Чел частенько именует Чарли! Обнимая Чела, сильнее прижимаясь к нему, Чарли мало-помалу теряет ощущение границ своего тела – неясно, где оно заканчивается и где начинается Чел. Теперь Чарли не просто видит, а чувствует его болезнь всем своим существом. Она проникает в Чарли нутряным жаром и пахучим, кисловатым мужским потом, который покрывает тело Чела, где-то как каплями росы, а где-то сплошной влажной пленкой, которую Чарли вскоре будто впитывает в кромешном пододеяльном жаре. И отдает обратно – с лица Чарли на Чела капает ее ласковая, соленая влага. Чарли целует, забывая вытирать, испачканные соплями и слизью губы Чела и спустя несчитанные никем мгновения ощущает, как его руки вновь обретают силу и смыкаются влажным шелестом на ее мокрой спине.
Чел переворачивает Чарли на спину и накрывается одеялом с головой погружая их в пустоту, тьму и бездну, в дух бесплотный, в свет не то ее близких глаз, не то далеких звезд, в небо над ним и землю под ней, в ее воды и его твердь, в ее нежность травы и его стойкость дерева, в ее лунную дорожку и его солнечный блик, в ее день и его ночь, в ее утро и его вечер, в ее шрамы и его гладкость, в ее лысину и его волосы, в их бывшие недели и месяцы, в их неслучившиеся годы, в их единую душу, в рыб, птиц зверей, тщетно плодящихся, в их образ и подобие, в мужчину и женщину, в их мнимую власть и реальную пищу, в им подаренный сад, в их простую ошибку, в их наказание, в их боль и кровь, в их незаметную жизнь и всем известную смерть, в безвидность, в начало, в слово…
Одеяло сбрасывается. Чел с Чарли вываливаются из одеяльного кокона. Густой пар от тел тает на высоте поднятой руки Чела. Чарли поднимает планку, демонстрируя неснятые «белочки». Чел при виде их закрывается ладонями и трясется от смеха. Чарли опускает ноги и толкает смеющегося в бок. На третьем ударе Чел захватывает ноги Чарли и тянет ее за собой, сначала на свою сторону кровати, а потом и вовсе на пол. Чарли тщетно, скорее играя, пытается вырваться и, только оказавшись на самом краю постели, одним резким движением вырывается. Вскакивает на кровати, снимает носки и запускает одним из них в Чела. Промахивается. На втором отчетливо щелкает дверной замок. Чел бросает Чарли одеяло, она в ответ – подобранные с подушки его трусы. На ходу надев их, Чел успевает оказаться у двери на третьем щелчке. Он бросает взгляд на Чарли, спрятавшуюся под одеяло. Нога в носке торчит – и как раз в сторону двери. А так можно подумать, что одеяло просто скомкано. Исправлять некогда. Будь что будет. Дверь приоткрывается – и Чел видит бабушку. Он останавливает дверь ногой. Просвет в двадцать сантиметров не позволяет заглянуть в комнату. Стараясь оставаться спокойным, Чел докладывает:
– Бабушка, все хорошо. Температура падает.
Тянет пустым носом и добавляет скороговоркой:
– Вот, нос прошел. И горло. Только першит чуть-чуть. А у тебя ключ откуда? Может, оставишь?
Бабушка дослушивает до конца и протягивает из темноты коридора тарелочку с плиткой шоколада. Затем она чуть наигранно бьет себя по лбу – забыла дескать, старая дура – и, опустив руку в карман халата, кладет поверх первой плитки вторую. Подмигивает – наличие такого жеста в арсенале бабушки Чел и не предполагал – и указывает ключом в сторону комнаты родителей:
– Выкраден. Не могу. Верну, – объясняет бабушка шепотом и медленно удаляется.
Последнее, что видит Чел, прежде чем прикрыть дверь, это легкий brisé, pas вперед в идеальную пятую позицию, который бабушка, пересекая холл, исполняет пару раз, насвистывая по ходу дела «Di si felice innesto»70.
Закрыв дверь, Чел сразу понимает, что бабушка совершила серьезную ошибку, которая сводит на нет всю ее конспирацию. Она не закрыла дверь. И с утра именно ему, а не бабушке придется объяснять, почему дверь открыта. Конечно, можно просто сказать:»
Не знаю, спал…» Да и бабушка, конечно, должна выступить в его защиту. Но тогда почему она теперь так скрывается? И вообще, как она узнала, что Чарли здесь? Это подмигивание. И эта вторая плитка шоколада. Да что там вторая! Первая! Бабушка ни разу за все время ни с кем не поделилась. А тут такая щедрость… В других комнатах вроде бы никакого движения. Значит, дело не в шуме. Тогда в чем?
