Читаем Биро-Биджан онлайн бесплатно
Все тогда переселенцы подняли Рефоела на смех. А некоторые даже предложили выбрать Цодека «старшим комендантом эшелона». Вот уже погонял его после того Рефоел, ничего не помогало. Это ж такой въедливый. Везде лезет.
Теперь каменщик хотел подойти к заведующему и сказать, что и сам уже согласен пойти в баню. Мужчина должен быть мужественным, должен сам признавать свои ошибки. Но заведующий все еще говорил в телефонную трубку.
У Рефоела как-то не получалось уйти отсюда. Он смотрел на заведующего и пытался соединить вместе его отрывистые слова. Конечно, они едут в Биро-Биджан. Там уже, наверное, все готово. Сам Рефоел всю дорогу расписывал им, как там будет. И прежде всего он наговорил про баню и подобные вещи. Потому что сам он ни одной недели не проживет без бани. За целую неделю столько той пыли наглотаешься у печей, когда их кладешь, поэтому надо мыться. Так зачем же тут задерживать их?
К тому же сам Рефоел обещал переселенцам, что таки добьется, чтобы тут их вагоны не отцепляли. Чтобы они, не мешкая, ехали в Биро-Биджан. Все ему поверили. Ведь он у них за старосту. И тут на тебе, такая незадача.
Заведующий переселенческим пунктом тем временем закончил разговор по телефону и спросил каменщика, чего он еще хочет: Рефоел забыл, что хотел сказать, страдальчески скорчил заросшее лицо и напряженно вспоминал. Но в этот самый момент пришел Цодек Штупер с агентом ГПУ. Рефоел отошел, стал в стороне. Хотел промолчать, но не утерпел оттого, что Цодек шумит так и кричит, что он «уполномоченный». Такая дрянь. Посмотреть только на его фасад, как у него все лезет вперед: кирпич на полкирпича. Как не развалится все, сверху неуклюже стоит вдавленный лоб, потом заросшие волосами глаза, а прямо впереди — огромная широкая бадья — нос. А уже под носом все отодвигается назад, и прежде всего верхняя губа, дальше — нижняя, а потом скошенный подбородок, такой же, как его скошенный лоб… Так вот такая уродина тоже сюда лезет.
— Нет, это неправда! Он никто. Никто его не уполномочивал, — не вытерпел Рефоел.
— Тебя не спрашивают. Ты молчи. — гневно накинулся Цодек. Он уже был готов разговориться, но агент его остановил: — Он понял, что ему тут нечего делать. Это дело самого заведующего.
— А что? — завопил Рефоел, — ему, этому босяку, не нужна гигиена. Есть такое распоряжение правительства. И это никак не касается национализма.
— Во-первых, т-тебя не про-просят в-вмешиваться. — Пытался Цодек перекричать Рефоела. — А-агент с-сам еврей и сможет нам «сочувствовать».
Но агент добродушно усмехнулся, махнул рукой и вышел из канцелярии. Заведующий начал разговаривать с другими переселенцами. А оба «старших» с шумом и выкриками вышли из канцелярии и долго еще кричали на всю платформу.
Когда они подошли к вагонам, много переселенцев уже помылись и готовились нести к дезинфекционной камере грязное белье. Давид Файнман первым взял свое белье, а за ним пошли остальные переселенцы. Он втолковывал им, что нечего отлынивать. Нет причин. Никто не уверен в том, что в Тихонькой есть баня.
Или потому, что Файнман привык хорошо все объяснять (он уже несколько лет учитель), или потому, что он умеет доброжелательно улыбаться и у него хорошие красивые глаза, но переселенцы его поняли. Двинулись все к бане. Баня не могла вместить всех сразу. Должны были мыться по очереди. Файнман просил не затевать ссор. Он их разнимал, просил, уговаривал. Был готов все время стеречь одежду, лишь бы не ссорились.
Да и ему все равно неудобно купаться. У него высохла левая рука. Это григорьевцы в Зиновьевске, когда он помогал их выгонять, покалечили ему левую руку. А одной правой неудобно обмываться. Ну, так он будет стоять и беречь одежду тех, кто моется.
— А как же? Вот старайся для них, — с криком подбежал заика, — Цодек будет бегать, как ошпаренный, за всяким начальством, а они тут будут вытворять стервозные выходки, а сами пойдут мыться в баню. Так зачем же тогда ему, Цодеку Штуперу, было бегать?
— Никто ведь тебя таки не просил.
Рефоел-каменщик признает, что надо, безусловно, надо мыться в бане. Только это надо было делать как-то иначе, организованно. А тут есть такие элементы, которые занимаются настоящей дезорганизацией. Форменный саботаж.
Давид Файнман говорит, что не надо обзываться. Не надо и кричать так. Насмехаться над «комендантами» тоже нечего. Ша. Тут надо закупить еды.
Потому что тут в Бочкарево все так дешево. Куда дешевле, чем на Украине. Каких сытых жареных поросят можно купить за бесценок, свежие булочки, которые тут, — и тоже дешево. Без всяких отговорок, надо запастись. Хотя одесситам, например, не надо тут ничего покупать. Они обеспечены…
Да, еще одно хотел напомнить Давид: надо бы где-то раздобыть ванну для Розы, сквирской. Она едет уже сколько суток, одна девушка среди стольких мужчин, и не имеет никакой возможности помыться.
