Читаем № 3 онлайн бесплатно
– А не так уж и много, – ответила она, – Очень мало информации конкретно по Спаси. Известно, что в той местности люди живут уже очень давно, еще до христианских времен. Я уже могла и забыть что-то из того, что нам Андрей Григорьевич рассказывал, поэтому могу и неточно повторить. Но если я правильно помню, на месте Спаси раньше что-то вроде главного поселения находилось, центр что ли, не знаю как правильно назвать. И именно это поселение первоначально называлось Курганы, а не та деревня, что рядом расположена, ее вроде как там вообще не было, она позже появилась. Но по каким-то причинам, люди из старых Курганов начали переселяться на новое место. И был какой-то промежуток времени, когда деревня Спаси называлась Старые Курганы, а деревня Курганы – Новые. Вот. А потом Старые Курганы вообще упоминаться перестали, поскольку практически все жители оттуда съехали, и Новые Курганы стали просто Курганами… Так… А потом произошел раскол христианской церкви, пошли гонения на раскольников, и те начали расселяться, в том числе на запад, то есть, на территорию современной Беларуси. Ну и какая-то община староверов, как их сейчас у нас принято называть, обосновалась на месте уже полностью увядшей деревни Старые Курганы. Уже от них пошло и новое название – Спаси.
– И еще, ты забыла добавить, – решил дополнить Борис рассказ дочери, – То были не просто староверы, а какое-то ответвление от их церкви, что-то вроде секты.
– Интересно, – задумчиво произнес я, снова достав из кармана блокнот с ручкой и что-то черкая, – Так там и сейчас староверы живут?
– Нет, – ответил Борис, – Их там после революции частично раскулачили и переселили в Сибирь, а освободившиеся дома отдали нуждавшимся в жилье и работе колхозникам. В итоге, деревня стала самой обычной, только название сохранилось. Ну и после войны еще раз все там перемешалось. В итоге, думаю, вряд ли кто из староверов остался, а сейчас там вообще только с пяток старушек живет, а может и того меньше… Хотя, что-то про последнего старовера мне Григорьевич говорил, вроде, как был там один. Ася, ты не помнишь?
– Нет.
– Значит, он, наверное, не при тебе это рассказывал, – задумался Борис, – Забыл уже подробности…
– Мы собирались еще раз туда ехать, – уже Ася продолжила, – Попробовать хотели с местными пообщаться.
– Да, – подтвердил Борис, – Кроме того, Андрей Григорьевич обещал покопаться в документах, по домам походить, что-то дополнительно разузнать. Да, и он же звонил даже потом, говорил, что что-то нарыл, но нам уже как раз не до этого было… В общем, Сергей, если надумаешь туда ехать, то обязательно первым делом с ним встреться. Я тебе на всякий случай его личный телефон дам. И рабочий тоже.
– Хорошо, спасибо, – ответил я, – А какой он хоть, этот Андрей Григорьевич? Нормально с ним общаться можно?
– Да обычный, нормальный мужик, примерно моего возраста. Деревенский. По фигуре, правда, сразу видно, что начальник. А, и еще он на беларускай мове размаўляе2…
– На трасянке3, скорее, – поправила Ася.
– Ай, не важно. Какая разница? Я и ее нифига не понимаю, через слово. В Казахстане, сам понимаешь, мове не обучают. Ася у меня как переводчик была, в основном через нее общался.
Ася хихикнула.
***
Еще до одиннадцати коньяк был допит. К этому времени я уже твердо и окончательно решил, что ночевать у них не останусь. С одной стороны, я был и не против, и даже хотел, но коньяка мне оказалось катастрофически мало. Мне нужно было догнаться, а оставшись у них, осуществить это было невозможно.
Меня сильно уговаривали, просили, ругали, но я не поддался, мотивировав свой отказ нежеланием создавать им неудобства и необходимостью уже в ближайшее время сесть за рабочий компьютер и начать писать, пока все свежо в памяти. Очень извинялся, искренне благодарил, и мы, в итоге, расстались друзьями. С Асей даже телефонами обменялись – она сама предложила.
На вокзал поехал на такси. Алкоголь уже не продавался, но я рассчитывал, что уже в Борисове что-нибудь приобрету на вынос в какой-нибудь привокзальной пивнушке, ну или снова рискну сыграть в русскую рулетку, купив водку у таксистов.
В электричке я мгновенно вырубился; очнулся уже на конечной в Борисове, от того, что меня растолкали менты. Нормально, без претензий с их стороны.
Сразу же направился в одно знакомое мне питейное заведение сомнительной репутации. Народа там бухало немало, несмотря на то, что был уже третий час ночи. С пятницы на субботу, впрочем, так и должно быть.
Заказал сто пятьдесят граммов водки, выпил. Вышел перекурить, с какой-то пьяной блядью немного пофлиртовал, даже была мысль снять ее, но потом расхотелось и денег стало жалко. Вернулся в кабак, сходил облегчиться в его засцанный и заблеванный туалет. Затем упросил то ли барменшу, то ли официантку, продать мне бутылку водки навынос. Быстро, чтоб не привлекать лишнего внимания, засунул ее в рукав пиджака, заплатил втридорога, ушел.
Вернулся на вокзал, взял такси, поехал домой. Такси обошлось дороже, чем в Минске.
