Читаем № 3 онлайн бесплатно
– Не-не-не! – запротестовал Степка, замахал руками, – Там и так у вас народу море, не протолкнуться, наверное. Тут тоже всякие бродят, но хоть дышать свободнее…
«Пиздец какой-то, – думал я, – Что он несет, сволочь?»
– Тебе, Серега, тут вообще не место, – обратился он ко мне, его светло-серые глаза широко раскрылись, начали бегать туда-сюда, – Нельзя тебе тут долго задерживаться, а то привяжут. Уже начали вязать, но, думаю, это через… Исаю, или как там, прости, забыл…
– Аиса меня зовут, – поправила Ася.
– Да, Аиса, точно… А ты уже тут приросла давно, – переключился он на нее, – Часть тебя уже здесь, года два как. Скоро затащит целиком, еще три годика от силы. Это максимум…
– Кто затащит, куда? – начал спрашивать я, подхватывая Асю под руку, так как заметил, что она покачнулась.
– А вы что, еще не знаете, кто здесь жил в этом доме? И что здесь вообще находилось? – удивленно развел он руками в стороны, улыбнулся так, что передние зубы стали заметны – желтые, но идеально ровные, не то, что у меня.
– Подробнее, пожалуйста, – продолжал я, чувствуя, что Ася начинает на мне виснуть, но все еще старается изо всех сил держаться на ногах.
– Дед этот, Анисим, – начал пояснять Степка, – Он кем-то вроде смотрящего тут был, за этим могильником…
– Ну и?
– Ну что, «ну и»?! Типа ты не понимаешь… Я ж чувствую, что у тебя тоже что-то есть, видишь и слышишь их иногда. Она-то уже там, с ними практически…
– Кто уже там? – искренне не понимал я, почувствовал, что кровь отхлынула от головы, в глазах потемнело, начал неметь рот.
– Ты, Серега, это… Веди ее в дом пока. Она ж сейчас отрубится. Водички попейте, на чем посидеть принесите. И сам, вон бледный какой, сейчас грохнешься вместе с ней…
– Со мной все хорошо, – ответил я заплетающимся языком, обратился к Асе: – А ты как?
– Нормально, продолжайте, – тихо ответила она.
Наверное, выглядели мы со стороны, как два сильно пьяных человека, пытающиеся друг другу помогать ровно стоять на ногах.
– Ладно, как хотите. Тогда я сам пошел домой к себе, – заявил Степан, – Вы приходите вдвоем, как очухаетесь. Я сегодня и завтра никуда не собираюсь, дома буду. Знаете где я живу?
Мы кивнули, и он резко повернулся на месте, ушел быстрым, но виляющим шагом, зигзагами, будто был пьян. Но он был однозначно трезв. Создалось впечатление, что он идет по оживленной улице, обходит невидимых людей; ну или иные, заметные только ему, препятствия огибает.
– Пошли скорее в дом, мне плохо, – прошептала Ася…
***
– Что это такое было? – задала она вопрос, сидя за столом, облокотившись о стену, – Ты что-нибудь понимаешь?
– Не совсем, – ответил я, вышагивая туда-сюда по дому.
– Сережа, сядь, пожалуйста, – взмолилась Ася, – Или хотя бы остановись. У меня от тебя еще больше голова закружилась.
Я присел за стол, напротив нее.
– Кто он вообще такой, этот Степан Васильевич? Что-то вроде медиума, да? – задалась она вопросом.
– Я думаю, он что-то вроде шизофреника, – ответил я.
– Но как же так? Он ведь такого наговорил нам!..
– Какого такого?! – возмущенно воскликнул я, – Что он такого сказал впечатляющего и похожего на правду? Заявил, что у нас в доме народа полно, кто-то где-то кого-то привязал, глядящий, смотрящий еще некий… Какой еще бред он нес, я уже не помню?
– Что я уже здесь частично, – робко начала Ася, – И что скоро полностью меня сюда…
Я хлопнул по столу ладонью, перебил ее.
– Кто?.. Куда?.. Зачем?.. Почему, в конце концов?! – начал я почти что кричать на Асю, – Ты думаешь, он способен на эти вопросы нам ответить связно и вразумительно, а? И если допустить, что он нам что-то важное и понятное сообщит, то ты прямо-таки готова ему безоговорочно поверить, да?
– А какие у меня еще есть варианты?! – воскликнула она истерично, начиная плакать.
– Есть у тебя один вариант! – я начал на нее откровенно орать, – Единственный, но зато он верный. Собрать вещи и свалить отсюда, на хрен! И выкинуть все из головы! Все! И жить дальше, жизни радоваться! Какое, на хуй, проклятье?! Какие, в жопу, язычники, кацапы, смотровые, смотрящие, пиздящие?!..
Я резко встал из-за стола, так, что стул упал, снова начал вышагивать из стороны в сторону, тихо матерясь. Потом схватил свою куртку, вышел на улицу, громко хлопнув дверью…
Нервно курил, смотрел в пустоту, в висках стучало, сердце колотилось, мысли спутались, хотелось выпить. Я сам себя пытался убедить в том, что прав, но у меня этого не получалось, в мозгу словно звучал диалог меня со мною же: «Я прав» – «Нет, Серега, не прав», «Нет, я абсолютно прав» – «Неа, ты нисколько не прав. И уебок к тому же…»
Докурил, бросил под ноги бычок, притоптал его, сплюнул. Постоял еще минут пять, продолжая спорить внутри. Наконец, одна из сторон одержала победу в этом внутреннем споре…
Я буквально влетел в дом…
Ася сидела на полу, прислонившись к стене спиной, закрыв лицо руками, плакала. Я подбежал к ней, встал на колени, обнял, уткнулся лицом в ее макушку, у меня у самого хлынули слезы, что-либо выговорить я был не в состоянии…
***
Трезвым я не плакал лет двенадцать.
