Читаем № 3 онлайн бесплатно
– Ой, огромное вам спасибо, Надежда Михайловна! – поблагодарила Ася, – А может быть, вы нам еще подскажете, кто тут больше всего про местную историю может знать? С кем бы пообщаться…
– Вот тут бы вам точно помог Григорьевич – наш бывший председатель, – сообщила Михайловна, – Но он умер, к сожалению, уже больше года как. Вот он все тут знал…
«Спасибо за подсказку, очень помогли, – подумал я, – Осталось только провести спиритический сеанс, чтоб с ним связаться».
– А может еще есть кто-нибудь, желательно живой? – спросил я, – Григорьевич нам не подойдет, скорее всего…
– Не знаю, – задумалась Надежда Михайловна, не обратив внимания на мой слегка ироничный тон, – А, во! Еще есть Иван Моисеевич, бывший директор школы. Но он старый уже, еще меня учил когда-то. Ему уже девяносто семь скоро. Не уверена, что он вам сильно поможет, хотя когда-то он тоже много знал. А сейчас рассеянный совсем стал, забывает все, почти не ходит.
– Скажете нам его адрес? – поинтересовалась Ася.
– Да, тут рядом, десятый дом, на той стороне улицы, с красной крышей, живет с сыном и невесткой. Внук у него какой-то там профессор или доцент, в Минске работает, – пояснила Михайловна, я достал блокнот, пометил.
– Ага, а может, здесь музей есть краеведческий? – на всякий случай, уточнил я.
– Да какой музей! Кто в него ходить-то будет? – задала риторический вопрос Михайловна, – Да, когда-то был при школе, лет двадцать назад, когда еще Моисеевич директором был. Он, наверное, и собирал все экспонаты. А потом на пенсию ушел, школу закрыли. Сейчас там ничего нет. Что-то выбросили, что-то на сувениры разобрали, а часть скупщикам продали, то, что поценнее – был там один товарищ такой, сторож школы, мда… Да вряд ли там что-то действительно стоящее было…
В дверь постучались, в кабинет зашел маленький сухонький мужичок, лет пятидесяти примерно; седоватый, брови лохматые, из носа шерсть, на голове взъерошенные кудри, на пальцах волосы; в замасленной синей спецовке, резиновые сапоги на ногах, тканевая черная кепка в руке…
– Здароў, Міхалаўна! – поздоровался он с председательшей скрипучим голосом, нам кивнул, – Чаго хацела, кума?11
– Да вот, Пятровіч, журналісты з Мінску прыехалі, – моментально переключилась на местный говор Надежда Михайловна, – Трэба, каб мы ім дапамаглі.12
– А я тут пры чым, Міхалаўна?13
– Яны тут пра нашы месцы кнігу пісаць будуць. Ім трэба ў нас тут у Курганах і ў Спасі перакруціцца, каб сабраць інфармацыю, з людьмі пагаварыць. Спасі ім больш цікавіць. А ў цябэ ж там цёшча жыве адна, можа мы б іх к ёй пасялілі, ім як раз жыць няма дзе. Сколькі там гадоў ужо тёшчы тваёй?14
– А халера яе ведае! – махнул рукой Петрович, – Ці восемдзесят шесць, ці восемдзесят восем. Яна і сама ўжо забылася. Дакументы ж ліпавыя пасля вайны зрабіла, каб на пенсію раней пайсці…15
– Ну дык вось, Пятровіч. Цёшча твая ўжо старая, здароўе ня тое, падзі…16
– Да яна мяне яшчэ перажыве, ёб-е-маць!17 – воскликнул Петрович.
– Не перабівай! І не муцюгайся тутака… Карочэ, усім можна добра зрабіць: і табэ яны заплоцюць дзясятку якую ў нядзелю, і старой тваёй па дому дапамогуць, і ім прытулак будзе.18
Петрович задумался, почесал затылок.
– Ну… Мне-та што? Хай жывуць – не мая хата,19 – произнес он.
– Вось і добра. Бяры машыну ды вязі іх туды,20 – дала указание Надежда Михайловна.
– Што, прама зараз?21 – уточнил Петрович.
– Анягож, дапаможаш ім тамака размясціцца. На работу, так і быць, можаш і не звяртацца сёння. Калі што трэба будзе – пазваню, каб прыехаў адразу. Так што, глядзі мне, ня пей да вечара, каб трэзвы быў.22
– А калі цёшча нас усіх палкай пагоніць з хаты? Што тады рабіць? Яна ж дурная на ўсю галаву!23
– Ой, не нада! Ведаю я тваю цёшчу добра, нармальная жанчына. Ты сам, кум, той яшчэ… Карочэ, калі што і будзе не так, то вязі іх сюды, зноў думаць будзем.24
– Добра, – согласился-таки Петрович, – Паехалі тады. Дапівайце своё кофа, я на вуліцы вас пачакаю.25
Петрович ушел, оставив после себя в кабинете запах пота и дешевых сигарет.
– Ну что, нормально же? Подойдет вам такой вариант? – обратилась к нам Михайловна.
– Да-да, конечно! – почти синхронно закивали мы.
– Вы оставьте мне свои номера, и мой запишите на всякий случай, – предложила председательша.
Мы так и сделали. На прощание, искренне поблагодарили Надежду Михайловну. Ася, оказывается, загодя заготовила несколько шоколадок, вытащила одну из сумочки, положила Михайловне на стол; та, в свою очередь, хоть и поцокала языком, недовольно закатив глаза, но сделала это исключительно ради приличия.
***
На крыльце мы наткнулись на курящих Петровича и неразговорчивую брюнетку Таню из бухгалтерии. Остановились возле них, я тоже закурил.
– Уже уезжаете? – в первый раз подала голос брюнетка, на чистом русском, обращаясь именно ко мне, не к Асе, улыбаясь и ловя взглядом мои руки, в поисках кольца, видимо.
«А то ты, блядина, не знаешь?! Петрович тебе не рассказал, да?» – подумал я, беспричинно сильно злясь на нее.
– Да, пока что уезжаем, – ответила ей Ася, я рот только успел открыть.
