Читаем Вариант-19 онлайн бесплатно
Пашка, пригибаясь, побежал следом за командиршей. Сапоги запинались о гравий. Пробежали мимо лежащего у паровоза убитого. Броневое сердце «Товарища Троцкого» еще оставалось невредимо — внутри бронепаровоза раздавались команды, но вагоны в хвосте были почти все разбиты — там что-то чадило, пускало блеклые языки пламени. Пашка с тоской подумал о «своих» лошадках.
— Ложись! — Катерина упала у колеса головной бронеплощадки. Пашка плюхнулся рядом. От рельс знакомо и успокаивающе пахло горячим солнцем, смазкой и паровозным дымом.
— Вон он, комиссар, — Катя махнула «маузером» вперед, указывая за развернувшуюся поперек рельсов контрольную платформу. Там в воронках и в наскоро выкопанных окопчиках лежали бойцы десантного взвода и ремонтники. Ручной пулемет, развернутый в направлении вершины холма, выпустил короткую очередь по невидимому противнику.
Комиссара Пашка не разглядел. Понятно, он был где-то там, раз Катерина говорила.
— Значит, так…
Катя прервалась. Переждали очередные разрывы тяжелых снарядов. Катерина злобно помотала головой и, вытащив темную косынку, повязала волосы:
— Я эту батарею, мать ее за ногу… Значит, так, — с комиссаром я поговорю. Хрен бы с ним, с товарищем Хваном, да ведь в спину могут расстрелять. Ты помалкивай и делай правильное революционное лицо. Ты умеешь, я знаю.
Катя было приподнялась, но тут впереди, у сошедшей с рельсов платформы разорвался снаряд. Вскинулся и обмяк иссеченный осколками боец, облако разрыва медленно отнесло на склон холма.
— Откуда же они, суки, лупят? — озабоченно пробормотала Катя. — Ну, пошли.
Навстречу, под защиту бронированного борта «Троцкого», пригибаясь, побежали бойцы.
— Куда пятитесь? — рявкнула Катя. — Приказ был?
— Так танка с фланга, — прохрипел рябой боец из ремонтников.
— Так она ж наугад лупит, — Катерина цепко ухватила за плечо второго бойца. — Куда пятитесь?
— Ага, наугад, вон как разметало, мать его пополам, — красноармеец попытался стряхнуть пальцы девушки. — Пусти, стервоза.
Катерина вроде бы не сильно крутанула его за затрещавшую гимнастерку — боец шлепнулся на землю. Девушка махнула «маузером» остальным:
— Не ссыте, продержимся. Ну-ка по местам, товарищи.
Голос у нее был не очень-то злой, даже домашний. Красноармейцы, поглядывая на своего, ни с того ни с сего свалившегося товарища, без особой охоты развернулись к разбитой платформе.
— Ползком, — окликнула Катерина. — Зря жопы не подставлять, сознательнее, товарищи.
Ползала Катя, как будто полжизни в пластунах прослужила. Пашка с трудом поспевал. Комиссар с командиром ремонтников лежал в воронке среди развороченных шпал. Рядом залегли бойцы, пулеметчик возился с «Шошем». Впереди, у рельсов, выцветшими холмиками виднелись убитые ремонтники.
— Так. Кто приказал? — комиссар обернулся к сползшим в воронку гостям, неторопливо поднял «наган».
— Старшая опергруппы Мезина прибыла в ваше распоряжение, — доложила Катя, игнорируя направленный «наган». — Вагончик наш зацепило, курятник по шву пошел. Товарищ охранник ранен, на месте остался. Какие указания будут, товарищ комиссар?
— Марш обратно под арест. Я тебе, барышня, и на том свете не поверю. Оружие сдайте немедленно.
— Мы, товарищ комиссар, и драпануть могли, — Катерина с вызовом смотрела на комиссара. — Прикажете безоружными конца данной войны ждать?
— Перестаньте, комиссар, — сказал человек с окровавленной щекой, лежащий по другую сторону расщепленной шпалы, — Пашка с трудом узнал генерала Хомова. — Что вы к девице прицепились? Не наша она, даю слово. Да и есть ли смысл сейчас разбираться?
Разговор прервался, все дружно пригнулись — свистели, приближаясь, гаубичные снаряды. Громыхнуло.
— Мимо, — сказал, оглядываясь, командир ремонтников. — Но рано или поздно накроют. Что делаем, товарищ комиссар?
— Атакуем, товарищи. Собирайте всех, кто не занят, — с высоты гадов собьем и пути исправим. Здесь мы ничего не вылежим, — Хван рубанул воздух короткой ладонью. — Я бойцов лично поведу. Собьем с холма — считай, дело сделано.
— Храбро умереть желаете? — ехидно поинтересовался генерал Хомов, утирая кровь из распоротой щеки. — Мне товарищей красноармейцев не слишком жалко, но позвольте указать, что атаковать в лоб высоту, да под огнем с тыла, есть явная нелепость и безрассудство. Танки — это вам, господа, не десяток хуторян с обрезами. В спину положат всех.
— Вы, генерал, своими расчетами тут не козыряйте. Если нужно, мы на этот холм без выстрелов пойдем…
