Читаем Утесы онлайн бесплатно
– Близкие всегда оставляют знаки и талисманы. Нужно быть внимательнее и замечать их. Это может быть важная дата или значимая для вас цифра, например адрес, который все время попадается на глаза. Возможно, вы вдруг почувствуете знакомый запах духов. Или увидите любимый цветок близкого человека даже не в сезон или в неожиданных местах. Таким образом близкие сообщают, что они рядом. Моя бабушка оставляет мне ракушки. Однажды я нашла ракушку на тротуаре в Коламбусе, Огайо, в середине снежной зимы.
Ширли любила колибри. Теперь Джейн видела их постоянно, когда оставалась одна во дворе. Колибри напоминали ей о матери. Может, просто поверить, что это мать шлет знаки?
Мысль об этом успокаивала, но казалась такой же невероятной, как рай в представлении бабушки: место, где старые друзья могли воссоединиться и играть в гольф на облаках. Джейн никогда в это не верила, даже в детстве. Так почему сейчас вдруг начала сомневаться, верить или нет? Наверно, атеистке было проще поверить в существование загробной жизни, не имевшей к Богу никакого отношения. В этой загробной жизни люди продолжали быть кем-то вроде себя.
Камилла предупредила, что до конца демонстрации всего несколько минут. И спросила, есть ли у кого-то действительно важный вопрос. Важный вопрос нашелся у каждого.
Но вопрос задали Женевьеве.
– Я хотела бы поговорить с Элизой, – сказала та. – Спросите, она до сих пор в моем доме?
– Здесь есть Элиза, – подтвердила Камилла. – Да, она здесь. Она охраняет ваш дом. Она была вашей… бабушкой?
– Нет, – ответила Женевьева. – Мы не родственники.
– Ясно. Но Элиза говорит, что вы были родственниками. Давно, в другой жизни.
«Как удобно», – подумала Джейн.
Женевьева замялась, а потом спросила:
– Она сердится на меня? Хочет, чтобы я уехала?
Джейн посмотрела на нее. С какой стати Женевьева вбила себе в голову, что давно умершая служанка на нее сердится? И почему так уверена, что Бенджамин видел призрак Элизы?
– Ответы на эти вопросы пока не открылись мне, – проговорила Камилла.
Джейн вспомнила магический шар судьбы[32] и ответ, который в детстве бесил ее больше всего: «Спроси позже».
– А знает ли Элиза про Д? – спросила Женевьева. – Они как-то связаны?
Камилла закрыла глаза и сосредоточилась.
– Д не подает голос. Я чувствую вокруг Д много темной энергии. Элиза пытается помочь, но ничего не получается.
Джейн заметила: Камилла не только не назвала полного имени Д, но и не использовала личного местоимения, указывающего на пол. Теперь Джейн почти не сомневалась, что Камилла мошенница.
Женевьева, кажется, собиралась спросить о чем-то еще, но тут Камилла произнесла:
– Женщина рядом с вами – как вас зовут?
– Эллисон, – дрогнувшим голосом ответила Эллисон.
– Вы так много на себя берете, дорогая. Все ждут, что вы о них позаботитесь. А ваши собственные потребности – кому-нибудь до них есть дело? Кто-нибудь интересуется, чего хотите вы?
Джейн подумала, что любая женщина в мире могла бы принять эти слова на свой счет. Это были просто общие фразы. Банальность.
Но Эллисон разрыдалась.
– Спасибо, – выпалила она, глядя на Камиллу как на пророка.
Они молча шли к коттеджу Клементины, ошеломленные сегодняшними впечатлениями.
Та велела им прийти в два и уже стояла на пороге.
Внутри дом Клементины напоминал каюту корабля. Деревянные балки, кроваво-красный старинный ковер. Книжные полки были выкрашены в тот же темно-синий цвет, что и стены, и уставлены томами в твердых обложках, кристаллами и всевозможными безделушками: снежными шарами, статуэтками Будды и кукольной мебелью. В углу работал телевизор: показывали телевикторину.
Клементина зашла на маленькую кухню и через минуту вышла с подносом, на котором стояли четыре чашки чая.
На оттоманке лежала серая кошка. Клементина подхватила ее, поставила поднос на стол и села на диван, держа кошку под мышкой, как футбольный мяч.
– Расскажите, как прошел день, – сказала она. – Как вам лагерь?
– Я даже предположить не могла, что у этого места такая интересная история. Я в восторге, – ответила Джейн.
– Вот видите! А как вам выступление доктора Абрамса?
– Невероятно, – ответила Эллисон.
– Да, невероятно, – согласилась Джейн. – Некоторые истории просто…
Она не знала, каким словом их охарактеризовать.
– Рада, что вам довелось его услышать. Блестящий ученый. Хорошо, что Эванджелина уговорила его сюда приехать.
– Странная парочка, да? – Лишь произнеся эти слова, Джейн заметила в своем голосе осуждение.
– Они давно дружат, – сказала Клементина. – И ходили в один колледж. Эванджелина много лет преподавала в Калифорнийском университете Санта-Крус на факультете истории философии. Наука и духовность связаны намного теснее, чем многим кажется, Джейн. – Деликатно пожурив ее, Клементина сменила тему. – А как вам публичная демонстрация? – спросила она. – Понравилось? Только честно.
– Не знаю, – ответила Джейн. – Мне не хватило конкретики. Медиум говорила такими общими словами… Любой мог воспринять их на свой счет.
– Но она же догадалась, что ребенок той пары оставлял им мелкие монетки, – вставила Эллисон. – Монетки! Подумать только.
