Читаем Утесы онлайн бесплатно

Женевьева словно хотела, чтобы Джейн, чья мать умерла, утешила ее из-за того, что ее собственная мать тоже умрет когда-нибудь в отдаленном будущем.

– Мне пора, – сказала Джейн.

– Прошу, не уходите, – ответила Женевьева. – Вы еще не рассказали, что связывает вас с этим домом. Эллисон что-то говорила в день, когда мы познакомились. Помните?

– Да, – кивнула Джейн, – я случайно наткнулась на него, когда училась в старших классах. Дом тогда пустовал, и я стала часто сюда приходить. Одна. Сидела на лужайке и читала. Потом мы с мужем приходили сюда уже вдвоем.

– Не знала, что вы замужем, – спохватилась Женевьева и зажала рот рукой. – Вы могли бы прийти сегодня вместе. Теперь мне неловко, что я не пригласила вашего мужа.

– Не чувствуйте себя неловко, что не пригласили кого-то, о чьем существовании не догадывались, – сказала Джейн. – К тому же Дэвида нет в городе. Мы… решили разойтись на время.

Она никому не говорила об этом вслух, кроме Эллисон и Холли. Ей до сих пор было трудно в это поверить.

– В браке всякое бывает, – сказала Женевьева.

Джейн решила, что это идеальный ответ. Женевьева не стала ее жалеть, фамильярничать, допытываться. Не спросила, почему и давно ли они разошлись, как не стала спрашивать, почему и давно ли она не пьет. У чопорности Женевьевы оказалось неожиданное преимущество – деликатность.

– Вы правы, – ответила Джейн, – бывает всякое.

Впрочем, в последнее время она начала понимать, как все произошло. За последние полтора года в ее жизни случалось слишком много неожиданностей. Все, что казалось незыблемым, просто рушилось. Джейн не успевала пережить один удар, как за ним следовал другой.

Мать сгорела за полгода. Прошел всего год с ее смерти. Джейн часто волновалась, что не испытывает горе. Но теперь понимала, что сразу после похорон начала больше пить и опаздывать на работу. Пару раз даже брала отгулы из-за похмелья. Раньше такого не бывало.

Иногда после нескольких бокалов она ни с того ни с сего срывалась на Дэвида. А когда на следующее утро принималась извиняться, он говорил: «Твоя мама умерла. У тебя был сложный год».

Джейн ценила его поддержку, хотя догадывалась, что муж спускает ей с рук то, что не должен терпеть. Он предложил ей пойти к психотерапевту; она отказалась, и он не стал настаивать. Джейн боялась, что, если будет продолжать в том же духе, в конце концов он просто разлюбит ее. И что тогда? Дэвид никогда ее не бросит. Он слишком верен. В его большой семье никто сроду не разводился. Он стыдился, что его первый брак закончился разводом. Джейн знала: муж сделает все, чтобы сохранить брак. Будет игнорировать очевидное. Поэтому ушла сама. Ушла, потому что любила его и знала, что ему без нее лучше. По крайней мере, без нее прежней.

Повисла тишина. Джейн буквально слышала, как Женевьева думает. Видимо, она хотела как-то поддержать Джейн в ситуации с ее браком, но ничего не приходило в голову.

В итоге в ответ на ее секрет Женевьева решила поделиться своим. После долгого молчания она внезапно произнесла:

– Вы решите, что я ненормальная, но мне кажется, в доме есть привидение.

Джейн растерялась. Такого она от Женевьевы никак не ожидала.

– Понимаю, как это звучит, но с тех пор, как мы въехали, тут творится какая-то чертовщина. Не знаю, как еще объяснить.

– Что вы имеете в виду под «чертовщиной»?

– Шарики.

– Шарики?

Джейн вспомнила, что видела в коридоре наверху рассыпанные стеклянные шарики и осколки стекла. Это было в тот единственный раз, когда она осмелилась подняться на второй этаж вместе с Эллисон.

– Перед нашим приездом из дома вывезли весь старый хлам и провели генеральную уборку, – сказала Женевьева. – Работали профессионалы. Тут ничего не осталось. Но эти шарики… они просто возникают словно ниоткуда. А однажды вдруг появилась трещина в стене. Электричество мигает. Вещи падают с полок. И тут есть привидение.

Джейн попыталась сдержать улыбку. У нее чуть не вырвалось: «Так бы сразу и сказали». Но она сомневалась, что у Женевьевы есть чувство юмора.

– Бенджамин видел девочку. Призрака. Она приходила в его комнату. Это была Элиза, я почему-то уверена, – выпалила Женевьева. – Сестра Элиза.

– Почему вы так решили?

Женевьева замялась, будто размышляя над ответом.

– Предчувствие, – наконец ответила она. – После того как Бенджамин мне об этом рассказал, мы сразу уехали в отель. Сегодня первый день ночуем дома.

– Ясно, – ответила Джейн.

– Я обещала, что он больше не будет спать в той комнате. Он видел ее только там. И только когда оставался один. А я все равно нервничаю. Эта девочка… она злится, – сказала Женевьева. – И кажется, я знаю почему. Я кое-что сделала.

– Что? – спросила Джейн, а сама подумала: «Ужасный ремонт?»

Женевьева промолчала.

– Так вот зачем вам фотография Элизы.