Читаем Простить Северова онлайн бесплатно
— Я приеду, — решительно сказала мама. — На следующей неделе. Поговорю с твоим деканом, возьму академический отпуск для тебя. Заберу домой. Будешь жить у нас, пока не родишь. А там видно будет.
— Мам, а как же работа? Ты же не можешь бросить…
— Работа подождет, — отрезала мама. — Дочь важнее. И внук. Или внучка.
Я разрыдалась.
— Мамочка, прости меня…
— Перестань извиняться, — строго сказала мама. — Ты моя дочь. Я тебя люблю. Что бы ни случилось. И всегда буду любить. А того гада… — она запнулась. — Не знаю, что я ему сделаю, когда увижу. Но будет больно.
Сквозь слезы я улыбнулась.
— Мам, ты моя героиня.
— А ты моя. Держись, доченька. Я скоро буду. Очень скоро.
— Хорошо, мам.
— И Алиса?
— Да?
— Ты сильная. Ты справишься. Мы справимся.
— Спасибо, мама.
Мы попрощались. Я положила телефон и уставилась в потолок.
Мама едет. Мама не осудила. Мама будет рядом.
Впервые за долгое время я почувствовала, что не одна.
Через час. Ленка.
Ленка вернулась из магазина с пакетами продуктов. Увидела мои красные глаза и сразу бросила все.
— Что случилось? Ты плакала? Гордей опять звонил?
— Нет, — я покачала головой. — Мама звонила.
— И? — Ленка напряглась.
— Я сказала ей. Про беременность.
— Охренеть. — Ленка села рядом. — И что она?
— Сказала, что приедет. Что поможет. Что я ни в чем не виновата.
Ленка выдохнула.
— Алиса, твоя мама — золото. Просто золото.
— Знаю. — Я улыбнулась. — Лен, кажется, я выживу.
— Конечно выживешь. — Ленка обняла меня. — Ты у нас вообще терминатор. Просто пока об этом не знаешь.
Мы рассмеялись. Впервые за много дней.
Глава 22 Мама
Я проснулась оттого, что кто-то тряс меня за плечо.
— Алиса, вставай! — голос Ленки был взволнованным. — Мама твоя звонит! Она уже на вокзале!
Я села на кровати, не понимая спросонья, где я и что происходит.
— Что?
— Мама! Приехала! Через час будет здесь!
Я похолодела. Мама. Я совсем забыла, что она обещала приехать. Последние дни были таким кошмаром, что я выкинула это из головы.
А теперь она здесь. Она увидит меня. Увидит, во что я превратилась.
— Лен, — прошептала я. — Я не могу. Я не готова.
— Алиса, — Ленка села рядом и взяла меня за руки. — Это твоя мама. Она любит тебя. Что бы ни случилось.
— Она будет разочарована.
— Нет. Она будет на твоей стороне. Всегда.
Я посмотрела на себя в зеркало. На меня смотрела бледная, худая девушка с темными кругами под глазами и потухшим взглядом. Мама не узнает меня.
— Надо умыться, — сказала я. — И одеться. Хотя бы прилично.
— Давай помогу.
Вокзал. Час спустя.
Мы с Ленкой стояли у выхода с поездов. Я вцепилась в ее руку, как утопающий в спасательный круг. Сердце колотилось где-то в горле.
Поток людей хлынул из дверей. Я вглядывалась в лица, боясь и желая увидеть одно-единственное.
И вдруг я увидела ЕЕ.
Мама. Маленькая, худенькая, в своем единственном приличном пальто, с огромной сумкой в руках. Она шла и вглядывалась в толпу, ища меня.
— Мама! — крикнула я и бросилась к ней.
Она увидела меня. И лицо ее дрогнуло. Она увидела мою бледность, мою худобу, мои глаза.
— Доченька! — она выронила сумку и раскрыла объятия.
Я влетела в них, и мир остановился.
Мама пахла домом. Пахла пирожками, стиральным порошком, чем-то родным и безопасным. Я уткнулась лицом ей в плечо и зарыдала.
— Тише, тише, — шептала мама, гладя меня по голове. — Я здесь. Я приехала. Все будет хорошо.
— Мамочка, прости меня, — всхлипывала я. — Прости.
— За что, глупая? — она отстранилась и посмотрела на меня. В ее глазах тоже были слезы. — Ты ни в чем не виновата. Слышишь? Ни в чем.
Мы стояли посреди вокзала, обнявшись, и плакали. Люди проходили мимо, кто-то оглядывался, кто-то улыбался. Мне было все равно.
Рядом стояла Ленка и тоже вытирала слезы.
— Здравствуйте, теть Надь, — сказала она, когда мы немного успокоились.
— Здравствуй, Леночка, — мама обняла и ее. — Спасибо тебе, что была рядом с моей девочкой. Спасибо.
— Как по другому, — просто ответила Ленка.
Мы сидели втроем на моей кровати. Мама рассматривала меня, и я видела, как ей больно.
— Ты похудела, — сказала она. — Совсем кожа да кости. Они что, тебя не кормят тут?
— Мам, я просто… не хотелось есть.
— Это от нервов. — Мама вздохнула. — Рассказывай. Все рассказывай.
И я рассказала.
Про Гордея. Про его ухаживания. Про Веру, которая оказалась актрисой. Про Питер. Про видео. Про травлю. Про тест. Про крышу.
Мама слушала молча. Только когда я дошла до крыши, она схватила меня за руку и сжала так, что стало больно.
— Ты… — голос ее дрогнул. — Ты хотела…?
— Была на краю, мам. Стояла и смотрела вниз.
— Господи, — мама закрыла лицо руками. — Господи, доченька.
— Меня остановил звонок. От него.
— От этого… Гордея?
— Да. Он сказал, что любит меня. Что не даст мне уйти. Что сам уйдет следом.
Мама смотрела на меня непонимающе.
— Он же тебя уничтожил. Зачем ему…
— Не знаю, мам. Гордей Северов, который никогда ни перед кем не прогибается, умолял меня жить.
Мы молчали.
— А потом? — спросила мама.
— А потом я отошла от края. Спустилась в комнату. И вот… я здесь.
Мама обняла меня. Крепко-крепко.
— Ты сильная, — прошептала она. — Моя девочка. Ты справишься.
— Мам, я боюсь.
