Читаем Осада онлайн бесплатно
Динамит вышел из-за угла и, дав знак своим патрулям, пошел по улице. Постепенно он ускорял шаг, мысли его уже были заняты следующим заданием, которое он помнил до мельчайших подробностей. Паролем для участвующих в новой операции было слово «Будапешт». Правда, Динамиту больше нравился другой пароль: «Вперед, пролетарии!» или что-нибудь подобное, но командир группы настоял на своем.
Ставя задачу, командир сказал: «Знаешь, Динамит, после переговоров, чтобы порадовалась твоя мятежная душа, побываешь и в настоящем деле… В целом-то ты хороший парень, настоящий товарищ… Только не забудь: паролем все-таки останется «Будапешт»… Слово это для всех нас дорогое, так что, быть может, и оно продемонстрирует свою притягательную силу…»
Собственно говоря, у Динамита было и настоящее имя и фамилия — Пал Бочке. До войны он работал на столичной живодерне, однако за его вспыльчивый характер товарищи прозвали его Динамитом, и эта кличка накрепко приклеилась к нему.
Не очень давно Бочке получил партийное задание — вступить в какую-нибудь пронилашистскую организацию, с тем чтобы войти в доверие к самим нилашистам, вступить в их партию, получив таким образом возможность собирать необходимые данные. Жил Бочке отдельно от своей группы на частной квартире (так ему было приказано), но общался больше всего с членами нилашистской партии «Скрещенные стрелы». В действительности Пал оказался неплохим «артистом», так что никто из нилашистов не заподозрил в нем чужого. Динамиту было противно носить ненавистную нилашистскую форму, на которую с опаской и недовольством посматривали горожане, а некоторые при встрече с нилашистами даже обходили их стороной. В душе Динамиту хотелось, чтобы все жители Будапешта по-настоящему ненавидели бы всякого, кто носил эту проклятую форму.
— Потише, Бочке, — услышал он из-за спины голос товарища. — Так несешься, будто за тобой с собаками гонятся…
Однако Динамит даже не обернулся. Взглянул на часы: «Время еще есть, успеем…» И пошел немного медленнее.
Динамит посмотрел на небо, желая увидеть в нем самолет, жужжание которого он отчетливо слышал, но из-за туч его не было видно. «Похоже, скоро прилетят и другие…» В голову Палу пришла мысль, что, собственно, вся его жизнь до этого дня была не чем иным, как одним долгим ожиданием: ожиданием революции, переворота, восстания, организованного силами Сопротивления… Но пока ничего этого, к сожалению, не было.
Обида сжала горло. «Последний сателлит Гитлера… Вот как нас теперь называют…» Динамит невольно задумался о причинах такого прозвища. Он всегда искал причину того или иного явления. Вот и теперь он пришел к выводу, что Хорти настолько фашизировал Венгрию за время своего правления, что под конец его сам оказался недостаточно фашизированным для управления государством, хотя регент ясно представлял себе, кого именно сейчас нужно преследовать и бить: не сторонников монархии, не руководителей социал-демократии и не своих гражданских противников, отнюдь нет. Всех их Хорти просто-напросто покупал, а сделать это ему было не так уж и трудно, так как все люди стремились отнюдь не к революции, а к власти, и притом не к верховной, а пусть к маленькой такой власти для себя, к более крупным должностям и богатству. Зато коммунистов регент приказывал преследовать самым жесточайшим образом, уничтожать их на каждом шагу, а их партию постоянно и повсеместно громить.
