Читаем Недиалог онлайн бесплатно

Мила. Может, на памятнике это напишем? Или про давление лучше? (Русу.) А у вас хорошо, пусто, но просторно. Когда курьер приедет? (Протягивает Рите коробку.) Держи, с новосельем.

Рита открывает коробку, там две огромные варежки-прихватки, она надевает их на руки, снимает. Камский всхлипывает.

Мила. Будешь пироги печь.

Рита и Мила хмыкают.

Рита (режет лимон и ранит палец). Черт!

Рус (цокая на нее, как старый учитель, подходит, забирает нож, режет сам). Мы читали все твои посты про отца. Хорошо ты так, ну, в смысле, написал, так что за душу, по минутам получается, эээ, наблюдал. Могу себе представить.

Мила. Господи твоя воля. Зачем? Зачем тебе это представлять?

Рита. Это важно – делиться опытом.

Мила. У него полтыщи друзей. Было полтыщи. И у всех в ленте умирает чужой дядька. Каждый день про давление, про то, что он сказал или как прохрипел: «Воды». Он что, пророк Моисей?

Рус. Ну а вот это, «вам что, заняться нечем?» – перед тем, как… По-моему, Борис Иваныч как он есть. Хотя я его мало знал.

Мила. А кто его много знал? Сын родной, что ли?

Камский. Люда.

Мила. Я Мила.

Камский. С каких пор?

Мила. А как замуж за тебя вышла… И на похоронах народу было не то чтобы много. Так, кто не смог отказаться. (Смотрит на Риту.)

Рита. Я пойду дверь приоткрою, у нас такой противный звонок – мертвого подымет. Ой, извините.

Рус (подняв бровь на жену как на бестолочь). Ну давайте, за Борис Иваныча. Большое дело делал, науку двигал человек. Ну а мы всё топчемся. (И оглядывает комнату, и все с ним вместе крутят головами.) Уйдешь – и ни хрена не останется.

Рита (вернувшись). Даааа, а тут от Борис Иваныча все-таки вывеска историческая. Длинное такое название, я утром вспоминала и не вспомнила. Общество, общество помощи, помощи общество.

Камский открывает рот.

Рита (не унимается). Общественная помощь, помоги обществу, общество поможет, поможет, поможет, поможет, поможет, поможет, поможет, поможет, поможет.

Рус подходит и сзади обнимает ее. На ухо что-то шепчет, Рита вздрагивает. Рус спешно переводит разговор.

Рус. Мне там комментарий одной женщины понравился про клиническую смерть. (Цитирует по памяти. Все смотрят на него.) «Хочешь умереть – а уже умерла. Хочешь сойти с ума – а нет ума, мозг остался в теле. Хочешь, чтобы это на миг прекратилось, – но в вечности нет времени».

Мила. Эта стерва в поэзии упражнялась. Думаю, в такой ситуации только одна мысль: и чё? это все? уже? да ладно!

Рита роняет бокал с вином.

Рус (вытирая тряпкой вино). Ну, надеемся, вы не в обиде на нас.

Мила (перебивает). И чего эта поэтесса к Борис Иванычу примазалась?

Рус. Вы ее потом не пробили?

Камский. Нет. Папа был бы против. Он говорил, не надо. Человек захочет – сам объявится.

Рита (восхищенно). Ты ему читал комменты?!

Камский (не слышит ее). Ну, я собираю, что осталось: письма, дневники, всякие сообщения…

Рита (не слушая). У нас, на арт-терапии, было такое, приходил дедушка. Говорит, не хочу больше жить с тех пор, как прочел дневник жены. Она его никогда не любила. Каждый день начинала со слов: «Я его ненавижу за…» И, ну, в общем, не знаю, как сказать, он нам принес, а в группе один парень – графолог. В общем, она писала, не отрывая руки от страницы, пока силы не заканчивались, на следующий день – еще. Толстенная тетрадь, сто двадцать листов.

Мила. Таких не бывает.

Рита. Бывает.

Мила. Девяносто шесть всю жизнь были. Камский, сколько у Светки нашей тетради? Толщиной? Не сто же двадцать.

Камский не отвечает.

Рус. Как у нее дела?

Мила. Да черт их разберет, к ОГЭ не готовится, имя сменила.

Камский. Я решил сделать папабот.

Мила (резко поворачивается к Рите). Тебе не интересна твоя племянница?

Рус (отвечает за нее). Мы как раз собирались…

Мила. Смотри, а то соберешься – не узнаешь. Она теперь Вета, потому что одноклассница у нее Лана. (Пауза.) Обе они Светки.

Рита. Так и ты уже не Люда.

Рус смеется. Тормошит Риту, та рассеянно улыбается. Мила прищуривается на нее.

Камский (громче). Я решил сделать папабот.

Рус (из вежливости оборачивается на Камского). В смысле на работе такой проект пилишь?

Мила. Если бы на работе. Для себя. Запихнул отцовскую писанину в алгоритм, тот проштудировал, теперь вот ответы генерит. Да сроду бы Борис Иваныч так не отвечал, как эта хренотень.

Камский. Ты так хорошо его знала?

Мила (многозначительно). Знала.

Камский (оправдываясь). А я все детство с ним. Он другой был.

Рус. Старик, ну ты че, оно и понятно. Конечно. Детство. Ну чего, по третьей, что ли, не чокаясь за Борис Иваныча. Сдохнешь, пока доставка эта приедет. Блин, извините.

Рита. Мы на похоронах не были, потому что…

Рус смотрит на Риту.