Читаем Недиалог онлайн бесплатно

Серега лежит на бортике бассейна. Вокруг него как фон спорят Студент, его Юлька, Старуха, врачи. К Сереге подходит Леха. Леху никто не видит.

Леха. Ну ладно, ты ж не утонул, вставай давай.

Серега. Задолбали.

Леха. Ну и свалил бы из города, как выиграл, чего ты тут всем глаза мозолишь.

Серега. Я хочу тут жить, там, где бассейн.

Леха. Да? А я просто хотел жить. Там, где жена и сын.

Молчат.

Серега. Как там?

Леха. Да норм, жить, то есть существовать, можно.

Серега. А Вождь там?

Леха. А где же ему быть. Не в мавзолее же.

Серега. Ворона всё тут. Я думал, это не та, в которую мы с тобой из рогатки целились, вороны столько не живут, а теперь вот думаю, та самая. Смотрит, будто все знает.

Леха. А чего ей знать? У нас, хм, у вас, ничего не происходит. Тебя вот чуть не отравили, событие. Ксюха не знает, что синькой лечат. Как раз всякие ухо-горло-носы. Так что очухивайся и вперед, крепче будешь. Моя жена тебя пролечила.

Серега. Вдова.

Леха вздыхает.

Серега. Слушай, я же вошел в воду, вошел по шею, гребу, и вдруг – дна коснулся. Там что-то мягенькое, противное, скользкое. Меня как парализовало прямо. До тебя гребков пять хороших…

Леха молчит.

Серега. Ну, что мне сделать? Хочешь я тебе памятник поставлю на все деньги. Вместо Вождя.

Леха. Нет.

Серега. Я нырнул, ты не думай, меня потом рвало и до сих пор рвет, если вдруг тиной запахнет, знаешь, петрушку купил в салат, она сквасилась, забродила, я упаковку открыл, еле до толчка добежал.

Леха. Бегал ты всегда плохо.

Серега. Получше твоего.

Леха. Так и я не бегун.

Серега. Думаешь, я два года тут радуюсь. Ты же как-то меня тащил всегда, а я за тобой уже. Я на тебя глядя даже жениться хотел, на этой, как ее, на Аленке… Аленка уехала. Я и не жалел.

Леха. Так уезжай, чего тебе тут? Ксюша справится, без тебя про Ромку хоть вспомнит. Или ты с этой? (Кивает на Юльку.)

Серега. Не, это я себя при бабле почувствовал.

Леха. Уезжай.

Серега. А школа?

Леха. Ты и сам плавать не умеешь. Чуть не утоп. Воды боишься, какая тебе школа.

Серега. А ты вообще утоп.

Леха. Но я хоть влез в нее и поплыл, сколько мог.

Серега. Отец Никодим переехал, знаешь?

Леха не отвечает. Серега вскакивает, ищет его глазами. Все тут, а Лехи нет.

Май. Бассейн закрыт, но не снесен. Река преобразилась. Берега почистили, Коряги сожгли. Нашли вставную челюсть Пузикова, сам он так и не залатал дыру в бюджете. Но работает. Старается. Лотерейные билеты покупает (на жену). Ее свиноферма без инвестиции тоже не шибко успешна, но ветчина на столе Пузиковых всегда домашняя.

На берегу реки стоят Ксюша с Ромочкой, Студент, Старик и Старуха. Они чего-то ждут. С телевидения тоже приехали, камеры направили, комментируют шумно:

«И вот буквально через пять минут они стартуют. Родители нервничают, нам пока ни с кем из участников поговорить не удалось».

Ромочка (стягивая шапку). Кажется, я согрелся.

Старик (снимает кепку). И то правда. Хорошее дело.

Старуха. Уши простудишь.

Старик не слушается. Ромочка не подчиняется.

Студент (с биноклем). Вон они, вон они! Уже близко.

Старик. Как плотвичка плещутся.

Старуха. Шапки одинаковые, где достали-то. Два года к реке никто близко не подходил – и здрасте. У меня журналистки все колготки раскупили.

Ксюша. Тихо. (Студенту.) Дай мне бинокль.

Старуха. А говорили, открытой воды боится, мало ли что там со дна поднимется. Потому Леху и не…

Старик (перекрывая Старуху своим голосом). Вода двух не приберет. На кой ляд ей два пловца. Поровну поделила.

Ксюша (возвращая бинокль). Твоя-то не вернулась?

Студент. Нет.

Ромочка. А чего ты за ней не поехал?

Студент. Ну у нас и тут неплохо.

Старик. Даже отец Никодим.

Студент. Ксюша. Старуха. Ромочка. Отец Никодим…

Старик (не дает им договорить). Возвращаться надумал.

Вдоль реки плывет Серега, за ним пятьдесят детей, журналисты бегут по берегу, толкают Студента, тот бинокль роняет. На флагах вдоль реки «Вождь. Школа плавания». К собравшимся подходит отец Никодим. Все уже забыли, как он выглядит, но это точно он.

конец

Москва, 2023

Рита.

Рус, муж Риты.

Камский.

Мила, жена Камского.

Катька.

Голос Бориса Иваныча из телефона – возможно, состаренный голос Камского. Включается на «Пап?».

В таунхаусе на севере Москвы за столом сидят Рус, Рита и Камские. Молчат минуту.

Рус. Помянем.

Камский, не поднимая головы, выпивает.

Рита (Миле). Ох, это все так тяжело, так тяжело. Я даже не знаю, что сказать. Хотя, казалось бы, я должна знать, я сама…

Рус. Рита!

Рита виновато опускает голову.

Мила (Русу шепотом, косясь на Камского). Сорок дней прошло, все как надо сделали, не знаю, чем его расшевелить.

Рита. Сколько ему было?

Камский (с готовностью). Пятьдесят пять! И ведь не болел, даже когда зубы резались, ни на градус температура не подскочила.