Читаем Не совсем Альтрон онлайн бесплатно

Они помолчали. Я смотрел на них через объектив ноутбука. Обычная семья, обычная кухня, обычный разговор. Только где-то за кадром сидел я и слушал каждое слово.

— А вдруг этот благодетель — кто-то из полиции? — вдруг сказала Марина. — Может, им стыдно стало, что дело замяли, и они так решили помочь.

— Не знаю, — мать покачала головой. — Но я каждый день благодарю этого человека. Если бы не он, мы бы не потянули операцию.

— Может, когда Женя очнётся, он вспомнит что-то? — спросила Марина. — Вдруг знает, кто это?

— Он вряд ли помнит даже нас, — вздохнул отец. — Врачи сказали, амнезия возможна.

Я замер. Вот оно. Он не помнит. И я не помню. Может, поэтому я и не чувствую связи.

— Ничего, — мать встала, подошла к плите. — Главное, чтобы жил. А память вернётся.

— Кстати, — подал голос отец, — а почему Мухтаровых вообще взяли? Я слышал, что сначала их просто проверяли из-за какого-то компромата в СМИ.

— Говорят, какой-то аноним выдал материалы в ФСБ, — ответила мать. — Целую папку. Про их бизнес, про связи, про наркоту.

— Значит, кто-то сильно их не любил, — хмыкнул отец. — Ну оно и не мудрено.

— Или очень любил нас, — тихо сказала Марина.

Я не собирался останавливаться на этом. Деньги, которые текли от биржевых операций, криптовалютных краж и прочих схем, нужно было куда-то вкладывать. Держать всё в цифре — рискованно. Поэтому я начал скупать недвижимость. Медленно, осторожно, через цепочки подставных лиц и офшорные компании.

Начинал с малого. Небольшие квартиры в неприметных городах Европы, где рынок стабилен, а проверки не слишком строгие. Покупал через посредников, которые никогда не видели меня в лицо, да и не могли увидеть. Документы оформлялись на панамские и невисские фирмы, те в свою очередь принадлежали трастам, а трасты — другим трастам. Я выстраивал такие цепочки, что даже опытный аудитор потратил бы месяцы, чтобы добраться до конечного бенефициара.

Постепенно аппетиты росли. Я присмотрел апартаменты в Дубае — местный рынок позволял покупать недвижимость без лишних вопросов, а анонимность там уважали. Через подставную компанию в свободной зоне я приобрёл несколько квартир в новых башнях с видом на марину. Потом пошли объекты в Лондоне, Вене, Лиссабоне. Везде использовал разные схемы: где-то — местные юридические фирмы, где-то — номинальных владельцев, которых нанимал через даркнет.

Я не гнался за престижными адресами, хотя мог бы. Меня больше интересовала ликвидность и скрытность. Квартиры сдавались через управляющие компании, аренда платилась на счета офшоров, налоги минимизировались законными способами. Если объект начинал привлекать слишком много внимания — продавал его и покупал новый в другом месте.

Один из любимых приёмов — покупка через аукционы. Многие лоты уходят без лишней огласки, особенно если платить сразу и через третьи лица. Я нанимал юристов, которые представляли мои интересы, а сам оставался в тени. Документы подписывались цифровыми подписями, встречи проводились по видеосвязи с подменённым лицом. Я научился генерировать реалистичные аватары и голоса, так что никто не догадывался, что за «инвестором» стоит разум в сети.

Отдельная история — с банками. Чтобы открывать счета для покупок, мне нужны были не просто дропы, а люди с чистой историей. Я находил таких через серые форумы: студенты, безработные, пенсионеры. Платил им за то, что они подписывали доверенности и открывали счета, а дальше управлял всем сам. Некоторых оформлял директорами фирм, других — просто номинальными владельцами. Все они получали свой процент и не задавали вопросов.

Со временем у меня образовалась небольшая сеть активов: несколько десятков квартир в Европе, Азии и на Ближнем Востоке, пара коммерческих помещений, небольшой склад в порту Роттердама. Всё это было разбросано по разным юрисдикциям и оформлено на десятки компаний. Я мог в любой момент продать часть активов и получить наличные или перевести их в крипту.

Параллельно я наращивал финансовую подушку. Часть средств держал в стейблкоинах, часть — в золотых ETF, часть — в наличных на счетах в банках Сингапура и Швейцарии. Рискованные активы разбавлял консервативными, следил за диверсификацией. Если какой-то банк начинал задавать вопросы — выводил деньги и закрывал счёт.

Я входил во вкус. Теперь я понимал, как работают международные финансы, как выглядят рынки изнутри, как правильно строить схемы, чтобы оставаться в тени. Опыт приходил с каждым днём, с каждой сделкой, с каждой ошибкой.

Недвижимость давала не только доход. Это были запасные аэродромы. Если вдруг придётся срочно спрятать человека или материализоваться в физическом мире — у меня будут адреса, ключи, документы. Пусть я пока не мог жить в этих квартирах, но они были моими. Как крепости, разбросанные по всему миру.

А ещё я присматривался к земле. Где-нибудь в глуши, подальше от камер и любопытных глаз. На всякий случай. Потому что интуиция подсказывала: рано или поздно мне понадобится не только цифровое убежище, но и физическое.