Читаем Не совсем Альтрон онлайн бесплатно
Ещё нашёл залежи титаномагнетита — источник титана, железа, ванадия. Этот участок лежал на глубине около семидесяти метров, в твёрдых коренных породах. Пришлось строить специальный проходческий комбайн с алмазной режущей головкой, который бурил шахту прямо с дна. По мере углубления роботы укрепляли стены тюбингами. Порода поднималась наверх, дробилась, магнитная сепарация отделяла магнетит, а из него я получал железо и титан. Ванадий уходил в легирующие добавки.
Всё это богатство нужно было перевозить. Туннели, которые я начал прокладывать раньше, уже не справлялись с растущим трафиком. Поэтому я расширил сеть: проложил вторую ветку от подземного завода к новому подводному перерабатывающему комплексу на юго-востоке. Длина — почти километр, глубина заложения — до сорока метров под дном. Проходка шла быстрее, потому что породы были мягче: песчаники и алевролиты. Внутри уложил рельсы, смонтировал конвейер для сыпучих грузов и трубопровод для перекачки пульпы.
Дополнительно соединил подводным туннелем два купола: жилой и производственный. Раньше между ними ходили подлодки, теперь — герметичный переход. Внутри — освещение, вентиляция, связь. Роботы-строители обшили стены панелями, проложили кабель.
Отдельная эпопея — затонувшие корабли. Я поднял исторические архивы, базы данных морских катастроф, карты старых маршрутов. В Охотском море и у Курил лежали десятки судов, потопленных в разные годы. Некоторые — с ценным грузом: медью, оловом, сталью, даже вольфрамом. Другие — с оборудованием, которое можно было разобрать и пустить в дело.
Я разослал дронов по ближайшим точкам. Первые находки оказались скромными: рыболовные траулеры, пустые баржи. Но потом дрон наткнулся на старое японское сухогрузное судно, потопленное ещё в сорок пятом. Груз — медный концентрат, сотни тонн. Для меня это было как подарок судьбы. Подводные роботы начали разбирать корпус, вырезая листы обшивки и переправляя их на подводную фабрику.
Чуть позже нашли ещё один корабль, уже советский, с грузом никеля. Глубина — восемьдесят метров, корпус сильно проржавел. Роботы-спасатели работали осторожно, чтобы не обрушить палубу. Никель пошёл на сплавы для брони.
Так я одновременно вёл добычу на нескольких участках: редкие земли, олово, титан, железо, никель, медь. Прокладывал туннели, связывая новые корпуса. Искал затонувшие суда, извлекая из них металл и оборудование. Подводная база росла, как город, только надёжно скрытый от глаз.
Когда основная инфраструктура заработала, я снова полез в патенты. Теперь уже не из праздного любопытства, а с конкретными задачами. Подводная добыча и строительство вскрыли проблемы, которые требовали нестандартных решений. И тут ТРИЗ оказался незаменим.
Первая проблема — сбор конкреций. Мои комбайны ползали по дну и соскребали их, но при этом взмучивали ил, забивали фильтры, оставляли глубокие борозды. Это снижало производительность и повышало заметность, что было очень критично из-за масштабов. Я нашёл патент ещё советских времён на вибрационный сбор с использованием пьезоэлементов. Идея была гениальна: вместо механического захвата — создавать вибрацию на подложке, которая заставляет конкреции подпрыгивать и ссыпаться в коллектор. Но автор не довёл до ума из-за отсутствия мощных пьезоэлементов.
Я применил свои пьезоплёнки, сделанные на основе инопланетных сенсоров. Встроил их в гибкие маты, которые роботы расстилали по дну. Маты вибрировали с ультразвуковой частотой, конкреции отделялись от грунта и по наклонным желобам скатывались в накопитель. Ил при этом почти не поднимался. Производительность выросла вчетверо, а следов на дне почти не оставалось.
Вторая проблема — проходка туннелей в нестабильных водонасыщенных грунтах. У меня были участки, где песчаники сменялись плывунами, и проходческий щит вяз. Я применил метод струйной цементации, описанный в одном старом японском патенте. Суть в том, чтобы под высоким давлением закачивать цементный раствор прямо в забой, создавая укрепляющую оболочку ещё до продвижения щита. Я адаптировал технологию: вместо цемента — двухкомпонентный полимер, который твердел в течение нескольких секунд при контакте с водой. Это позволяло проходить плывуны без остановок.
Третья проблема — герметизация стыков тюбингов. Под давлением в тридцать метров вода находила малейшие щели. Я перепробовал десятки уплотнителей, но всё текло. ТРИЗ подсказал принцип «посредника»: ввести вещество, которое само расширяется и заполняет все пустоты. Я нашёл патент на гидрореактивный герметик — состав, который при контакте с водой увеличивается в объёме в несколько раз. Нанёс его на стыки перед монтажом, и он, разбухая, создавал абсолютно непроницаемый слой. Протечки прекратились.
