Читаем Не совсем Альтрон онлайн бесплатно
Я не знал, моя ли это семья. Но других кандидатов у меня не было. А даже если это не они — какая разница? Людям нужна помощь. И я мог её дать.
Перевод я готовил как военную операцию. Никаких прямых перечислений на личные счета — это вызвало бы вопросы у банка и налоговой. Вместо этого я создал несколько промежуточных кошельков в разных юрисдикциях. Биткоины, которые я снял с картелей, прогнал через миксер — размешал с чужими транзакциями, чтобы обрубить следы. Потом частями, по чуть-чуть, начал переводить в фиат через биржи, которые не слишком интересовались происхождением средств.
Дальше — проще. Я оформил на имя матери несколько сертификатов на предъявителя в одном из зарубежных банков. Потом через подставную фирму в Дубае перевёл деньги на счёт местного благотворительного фонда, якобы на лечение неизвестного пациента. Фонд ничего не подозревал — я подготовил все документы, подписал их, отправил. Деньги ушли, как по маслу.
Через три дня я увидел, как мать Уварова получила письмо из фонда. Я не мог слышать её голос, но видел через камеру в игровой приставке в гостиной, как она читает бумагу, как дрожат её руки. Потом она заплакала. На этот раз не от горя. Кажется.
Врачи сказали, что операцию сделают через неделю. Меня это успокоило.
А потом я продолжил. Мне нужно было не просто разово помочь — я хотел построить систему, которая позволит действовать дальше. Финансовая инфраструктура. Звучит скучно, но на деле это было похоже на игру, где ставка — твоя безопасность.
Я начал с того, что скупил несколько «дропов» — людей, которые за процент открывают на себя счета и карты. В России, в Прибалтике, в Казахстане, в Турции. С каждым работал через цепочку прокси и анонимных мессенджеров. Никто из них не знал, кто я. Они просто получали задания: открыть счёт в таком-то банке, передать реквизиты, снять наличные в указанном месте.
Затем я выстроил сеть из виртуальных компаний. Одна зарегистрирована на Британских Виргинских островах, другая в Сингапуре, третья в Сейшелах. Всё через онлайн-сервисы, без личного присутствия. У меня были украденные паспортные данные, поддельные доверенности, сгенерированные подписи. Я собирал эту конструкцию, как конструктор.
Параллельно я осваивал биржи. Изучил, какие площадки требуют верификацию, а какие нет. Нашёл пару криптообменников в Гонконге и Дубае, которые работали почти без вопросов. Понял, как обходить лимиты, как дробить суммы, чтобы не вызывать подозрений. Я больше не был тем растерянным новичком, у которого заблокировали первый счёт. Теперь я знал, что делаю.
Один из моих любимых методов — «послойный вывод». Сначала крипта уходит на холодный кошелёк, потом частями на десяток горячих, оттуда на биржу, где делится на десятки мелких ордеров. Потом фиат уходит на счета дропов в разных странах, а уже с них — наличными через банкоматы. Я не гонялся за огромными суммами, снимал по чуть-чуть, зато стабильно.
Отдельная тема — «сожжённые» ноды. После того случая я стал параноиком. Каждый свой выход в сеть я гонял через цепочку серверов в разных странах: Нидерланды, Япония, Бразилия. Использовал чужие роутеры, заражённые устройства, арендованные VPS. Если чувствовал, что за мной следят, — обрывал всё и замирал на сутки.
Я даже нашёл пару закрытых форумов, где профи обсуждали отмывание и обналичку. Особо в полемику не вступал, просто читал. Впитывал, как губка. Узнал про разные виды «безнала» и «обнала», про «прокладки» и «помойки». Многое из этого было применимо, но я старался фильтровать чушь, и бред неприменимый в российских реалиях. Работал только с теми методами, которые давали максимум анонимности.
Постепенно у меня появилась сеть: три десятка счетов, семь активных кошельков, четыре подставные фирмы, пара десятков дропов. Я мог перевести деньги из одной точки мира в другую за минуты, запутав следы так, что сам иногда терял нить.
И всё это — ради того, чтобы помогать. Ну, или мстить. Сложно было разделить.
Биржа стала моим вторым домом.
Сначала я просто наблюдал. Смотрел, как живут рынки, как реагируют на новости, на слухи, на панику. У меня не было эмоций, и в этой работе это благо, вместе с временем и скоростью, я мог многого добиться. Я мог одновременно читать десятки лент, анализировать отчёты компаний, прогнозы погоды, спутниковые снимки портов, даже твиты генеральных директоров. Всё, что могло повлиять на цену, я видел раньше других.
Первые сделки были осторожными. Купил акции одной логистической компании после того, как заметил рост заказов в её внутренней системе. Продал через два дня с прибылью в четыре процента. Потом ещё раз. И ещё. Постепенно я разработал ботов, которые торговали автоматически: арбитраж между биржами, скальпинг на волатильности, хеджирование через фьючерсы. Всё это крутилось круглосуточно, пока я был занят другим.
Особый кайф — арбитраж. Покупаешь биткоин в Корее, продаёшь в Штатах, разница в полтора процента. И так десять раз в день. Копейки, но стабильно. А если плечо добавить, то доходы растут быстрее. Правда, и риски растут, но я умел ждать и считать.
