Читаем Интифада онлайн бесплатно
Алексей Константинович вежливо взял его визитную карточку и обещал подумать. Хотя он прекрасно знал, что участвовать в этом дорогостоящем «празднике жизни» он точно не будем. Встретит Новый год с Соней, в «Андромеде». И для этого в одном из сувенирных магазинов Вифлеема он приобрел маленькую искусственную елку – с очень симпатичными стеклянными игрушками, шарами, колокольчиками и бантиками. Она почти месяц стояла в квартире Панова, напоминая об их с Соней поездке в Вифлеем и Рождественских праздниках…
Израиль и Палестина встречали новый, 2000 год с большими и искренними надеждами. Прежде всего, надеждами на мир. На новую, спокойную, жизнь, когда израильтянам уже можно не опасаться терактов, а палестинцам ракетных ударов с израильских самолетов.
Панов с Соней чокнулись бокалами с шампанским и пожелали друг другу счастья и здоровья.
– И особенно любви, – добавила Соня.
– Ты что, хочешь еще и новой любви? Тебе моей не хватает?
– Нет, вполне хватает, – улыбнулась девушка. – Давай также все-таки выпьем и за мир на нашей земле.
– Давай. То есть за успех переговоров с палестинцами.
– И сирийцами, – добавила Соня. – Ура! Ура!! Ура!!!
Но, вопреки ожиданиям, новый год так и не стал годом «прорыва» в отношениях еврейского государства с арабами. Напротив, отношения эти еще более обострились, а все надежды на мир на Святой земле были забыты еще на многие годы.
Но начался все же 2000 год с мирной инициативы. На этот раз она касалась так называемого «сирийского трека», то есть урегулирования отношений между Тель-Авивом и Дамаском.
Переговоры между израильтянами и сирийцами, при посредничестве США, начались еще в середине декабря. И сразу ситуация стала очевидной: сирийцы однозначно требовали вернуть им Голанские высоты – горное плато на границе, вблизи озера Кинерет, захваченное израильской армией во время войны 1967 годы. В случае отказа – никаких переговоров Дамаск вообще не допускал. В начале года складывалось впечатление, что Израиль, к удовольствию американцев, был готов на такой шаг. Во имя мира с соседом.
Однако общественное мнение в еврейском государстве почти «взорвалось». На улицах городов появились лозунги с призывами не позволить отдать сирийцам «наши Голаны». Такие же лозунги красовались на белых футболках, которые активисты срочно созданного «комитета протеста» бесплатно вручали на улицах израильских городов прохожим.
Для представителей прессы организовывались специальные поездки на Голанские высоты, во время которых эксперты «с аргументами и цифрами» пытались объяснить, почему уходить с данной территории Израилю ну просто никак нельзя. В одну из таких поездок, с журналистами русскоязычных израильских газет, Соне удалось пригласить и Панова.
Для начала группу привезли на гору Бенталь, расположенную на высоте 1200 метров над уровнем моря. Установленные там указатели свидетельствовали, что до Иерусалима от данной точки было 155 километров, до Хайфы 85, а до столицы Сирии Дамаска… всего 60. Да и сама Сирия отсюда была видна «как на ладони» – дороги, поля… Как уверяли коллеги-журналисты, бывавшие на Голанах уже много раз, Дамаск не был виден только потому, что его закрывал склон самой большой здесь горы Хермон. С нее же, дескать, столица Сирии легко просматривается, правда «вооруженным глазом» – через армейский бинокль. С Бенталя же, без всякого бинокля, был виден лежавший внизу разрушенный город Кунейтра, известный по событиям «шестидневной войны» 1967 года. Рассказывают, что он до сих пор в руинах. Сирийцы, дескать, возят туда иностранцев «показать преступления сионистского врага», как иронично заметил сопровождавший группу журналистов представитель объединенного штаба «Репатрианты в защиту Голан» по имени Дмитрий.
Штаб был создан всего за несколько недель до поездки в связи с начинавшимися израильско-сирийскими мирными переговорами и, как считали израильтяне, вытекавшей из них реальной перспективой «ухода Израиля с Голанских высот». Основное занятие штаба – организация акций протеста против подобной перспективы, что, согласно замыслу их организаций, могло самым решительным образом повлиять на результаты обещанного премьер-министром Израиля Эхудом Бараком всенародного референдума по данному вопросу.
Поэтому, естественно, он и «работал с прессой», в данном случае скорее всего в преддверии референдума надеялся с помощью русскоязычных газет оказать воздействие на позицию «русской улицы» Израиля, которая, надо сказать, и без того в немалой своей части склонялась к уже знакомой Панову «имперской» позиции – ничего никому и никогда не отдавать. Возможно, в определенной степени здесь опять же сказывалось советское воспитание, особенно старшего поколения, когда Родиной гордились, вне зависимости от того, права она или нет, была бы сильной и ее боялись…
