Читаем Интифада онлайн бесплатно
Панов несколько раз ездил в Нетанию и общался с Марком и Далей. Соня на этих встречах не присутствовала, поскольку была занята работой в редакции одной из русскоязычных газет, куда ее в июле взяли в штат. И Алексей Константинович про себя четко сделал вывод, что родители девушки о его любовной связи с ней ничего не знали и даже не подозревали.
Сама же Соня буквально врывалась в квартиру Панова по субботам и требовала к себе исключительного внимания. И, прежде всего, секса, который по несколько часов заполнял дни их свиданий. Требовала девушка еще и вкусной еды, хорошего питья и вообще всего того, что, вероятно, на ее взгляд, должен был дать молодой женщине любовник в годах.
Они продолжали много говорить о политике. И, прежде всего, об израильско-палестинских переговорах, на которых, вопреки недавним ожиданиям, как израильтян, так и палестинцев, четко обозначался становившийся с каждым днем все более глубоким кризис. По мнению Сони, хотя встречи между представителем израильского премьера адвокатом Гиладом Шером и руководителем палестинской делегации на переговорах Саибом Арикатом и продолжались, какого-то видимого прогресса они не приносили. Девушка даже была уверена, что израильтяне и палестинцы придерживались совершенно различных взглядов на проблемы мирного урегулирования. А поэтому все беседы между Шером и Арикатом в иерусалимской гостинице «Царь Давид» напоминали диалог двух глухих. То есть они друг друга не слышали.
Примерно такую же оценку положению дел на переговорах дала при встрече и Азиза Масри. Как показалось Панову, она была рада его появлению в Газе, но при этом он не мог отделаться от впечатления, что палестинка на него за что-то сильно обижена.
Они снова долго гуляли по набережной, мимо красивых многоэтажных гостиниц и почти завершенного к тому времени комфортабельного пляжа с гигантскими водными горками. Зашли в небольшой рыбный ресторанчик, где Алексей угостил Азизу креветками. Он предложил девушке еще и выпить пива, но она категорически отказалась.
В то время пиво, как и более крепкие спиртные напитки, в Газе еще продавались. Причем не только в клубе ООН, где по вечерам собирались иностранцы, но и в городских ресторанах. Уже позже, примерно года через два, употребление алкоголя попало под полный запрет. Так распорядилось руководство ХАМАС, все больше прибиравшее к своим рукам власть в секторе.
Но в тот августовский день Панов пил пиво «на виду у мусульман», причем совершенно спокойно, без оглядки на то, что это может кому-то не понравиться. Азиза ела креветки, запивала их «кола-колой» и, казалось, по мере их общения, глаза девушки становились менее колючими, чем они были сразу после встречи.
– Да, ты прав, Алекс, – говорила Азиза. – Мне тоже кажется, что палестинцы и израильтяне говорят на переговорах на разных языках. Но все же не мы осложняем переговоры. Это израильтяне сейчас отказываются выполнять уже заключенные соглашения.
Девушка была четко уверена, что, например, согласно подписанному в октябре 1998 года соглашению Уай-Плантейшн, Израиль должен освободить 750 заключенных-палестинцев, находящихся в израильских тюрьмах. Прошлый премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху уже освободил 250 человек. Однако лишь сто из них относились к категории «политических заключенных», а, согласно израильской градации, к «преступникам, обвиняемым в преступлениях в сфере безопасности». Остальные же 150 были обычными уголовниками. И несколько дней назад адвокат Шер сообщил Арикату о решении правительства «не менять критериев» в вопросе об освобождении палестинцев. Конкретно это означало, что из пятисот заключенных, которых власти Израиля намеревались выпустить из тюрем на этот раз, по крайней мере половина снова будут уголовники. Арикат категорически отклонил подобный подход, указав, что, с точки зрения палестинцев, согласно соглашению Уай, Израиль должен освободить еще 650 именно «политических заключенных», среди которых уголовников быть не должно. Палестинская делегация в знак протеста тогда вообще покинула зал переговоров.
Ситуация все более обострялась. Выступая в кнессете, министр при канцелярии главы правительства Хаим Рамон, заявил, что Израиль не намерен освобождать палестинцев, «чьи руки обагрены кровью израильтян». В то же время, как указал он, власти все-таки собираются провести в ближайшем будущем дополнительное подробное расследование по каждому из заключенных, включенных палестинцами в список для освобождения. Между тем палестинцы указывали, что с самого начала в этом списке не было уголовников. Речь шла только о «политических заключенных».
