Читаем Федя онлайн бесплатно
Димон вздыхает, у него звонит телефон, он смотрит на экран и по лицу я понимаю, что это Алина — пришлось принцессу попросить угомонить, когда она меня искала, потерявши. Он поехал и как-то они там нашли правильную позицию для единения. Красота. Бля.
Что там?
Смотрю на кота и отматываю назад всё, что случилось, пытаясь убедить себя, что всё правильно. Всё, бля, так и надо было сделать, как я сделал!
В тот момент патроны пусть и кончились, но того, кто остался не задет взрывом гранаты, угомонить удалось. Рэмбо и Крепкий орешек ты, Федя, не в себе. Не очень долго думая, на простом честном слове, пошёл следом за Маришкой. Поплёлся точнее. И оказался в свете фар своей тачки — вернулась за мной моя красотка.
Богиня же, да? Да…
— Афина, бля, — выдохнул, когда она меня усаживала на переднее пассажирское.
— Персефона, — шипела в меня, пристёгивая и бегом возвращаясь на водительское.
Выезжать из леса я ей помог, поработав навигатором. Навстречу как раз братва ехала, но и выяснять чья — нам вот вообще не очень хотелось. Телефон Зелёного в кармане ожил и я напрягся. Но обошлось — это был Леон и нас проехали его люди.
— Развлекайтесь, — пропыхтел я, понимая, что отъезжаю. Вытекло кровищи дофига. И боль, наконец, стала ощутимой.
Это я отпустил и она включилась, и сразу заявила, что я на последнем уже.
— Федь, ты как? — Омаров слышал это.
— Хуёво…
— Федя, как мне позвонить Боре или Диме? — взорвалась Марина, хотя она бодрячком держалась. Умничка моя!
— Боре нельзя, — ответил и отвалился.
Уже через какие-то всполохи сознания слышал, как она на меня ругается, потом плачет, потом ударила. Говорила с кем-то, но я так и не понял с кем…
Но и Марина не была бы собой, если бы не смогла организовать всё по высшему разряду — похороны тоже ей доверю, отвечаю.
Леон и Димон объединились, чтобы спасти мою тушку. Команда элитная врачевателей, частная закрытая клиника, а потом надомный уход под совершенно тотальным контролем моей богини. И её кота, конечно. «Дом», кстати, Димона…
Маришку тоже подлечили, домой не отпустили, да она и не рвалась — ей по кайфу меня мучить, судя по всему.
Было.
Я идиот. Знаю. Но и женщину, которая столько для меня значит, подставить просто не имею права!
Тем более, что со мной всё вообще не понятно, при чём до сих пор… Борис и Леон стоят, конечно стеной, всё там заделали, проблемы решили — трупы сдали правоохранителям, как внутреннюю разборку. Там даже Мирослава эта косу свою растрепала и изображала жертву похищения, насилия и всё такое.
Даже думать не хочу, как Ольха там это «насилие» оформлял — знаю, что жесть он иногда очень даже любит, а если и женщина правильная, так это вообще «почему бы и не… да?»
Теперь она там наследница миллионов Гусарова самого старшего, того самого, который папаша гулящий, потому что Сергея Антоновича я убрал. Та-дам!
Обращайтесь, если надо решить семейные дела. Делаю красиво. Феерично. Дорого. Но точно.
Младший Антонович грозился из СИЗО ей шею свернуть, но и тем самым нарыл себе уже прилично, что не выбраться… хотя, зная Ольху, не выберется криминальный брат его дивы — уж у кого-кого, а там у Боряна связи ого-какие.
И несмотря на то, что всё вроде срастили для закона, представили в лучшем виде, но и не закрыли дело ещё. На полку не положили, а это значит, что рыпаться мне просто глупо. А Марине?
Валялся, не в состоянии пошевелиться, смотрел, как она надо мной порхает и, бля, всё внутри в ошмётки. Куда мне свалить от преследования я понимаю, но её тащить с собой? Реально — в никуда? Сам я в каких угодно задницах выживу, но Марине нахера оно?
Я откладывал. Правда. Меня прокручивало до ора. Я не пил обезболы, чтобы физической болью глушить моральную. Только фарш обратно не провернуть… и…
— Мариш, — недели через полторы решился.
— Что-то нужно, Федь? — хлопает на меня глазками своими моя очаровашка.
Бля, как я так раньше не понял, что всё в ней меня тащит, как удава по стекловате. Столько времени потерял, просрал, проебал. Как есть.
— Ты просила увольнение, — у меня от каждого слова внутренности пробирает. Но я упиваюсь этой болью, потому что Маруська бледнеет и хмурит брови.
— Когда? — произносит одними губами.
— Ты можешь идти, богиня моя. Не надо больше…
— Работать? — не понимает она.
— Со мной носится.
— У тебя с головой проблемы, Савин?
— Нет. Ты хотела на Артура работать и… я слышал, что он тебе звонил, звал в проект. Не отказывайся, Мариш.
Так и было. Она очень сильно это от меня скрывала, но и слишком хорошо я знаю женщин, и эту конкретную, тем более. От Димона я узнал, что Артур в диком восторге от её проекта, что застройщик там ей поёт дифирамбы, потому что почти никогда не встречал дизайн-проект, который реально реальный и его не надо переделывать и дорабатывать.
Смотрел на неё. Себя хоронил. Лицо у меня серьёзное, пиздец, но вообще готов рыдать. Внутри всё очень просит, чтобы она взорвалась, убила меня нахрен или не знаю… я буду рад за неё, если всё будет хорошо с работой, которая для неё важна, которая у неё получается. И с принцем этим прусским пусть всё будет хорошо.
