Читаем До онлайн бесплатно

— Ну, айл Родери. Арен. Ванессе я говорила, кажется. Матильда, конечно, знала. И всё. А, нет! Адриан недавно упоминал, что ему плохо спится, прописали снотворное. Я сказала, что никогда не пила снотворное, но «Дуоментил» помогает мне заснуть. Это было… где-то в среду, наверное. Да, точно. В среду.

— Хорошо, ваше величество. Спасибо, у меня больше нет вопросов. Я могу идти? — поинтересовался Дайд, взглянув на Арена.

— Пока нет, Гектор. Мы с Викторией хотим кое-что у тебя узнать. Скажи, что ты думаешь об участии Софии Тали в покушении на мою дочь?

На губах главного дознавателя появилась слабая усмешка. Арен предупреждал его, что будет кое о чём спрашивать, но о чём именно, не упоминал. Впрочем, император не сомневался, что Гектор догадался и сам.

— О каком участии идёт речь, ваше величество? Участие вашей аньян ограничивается тем, что она принесла во дворец четыре коробки конфет.

— Четыре? — удивилась Виктория.

— Четыре, — кивнул Дайд. — Одну она принесла себе.

— Так… — Жена запнулась, но всё же продолжила: — София не могла сама отравить эти конфеты? А потом отдать Агате с Алексом.

Гектор смотрел на Викторию совершенно бесстрастно, но Арен, ощущая его эмоции, чувствовал, что главному дознавателю смешно.

— Зачем, ваше величество? У любого преступника должен быть мотив. Я не вижу у айлы Тали ни одного мо…

— Ну например, она может желать избавиться от меня и моих детей, чтобы самой выйти замуж за Арена, — выпалила Виктория, и император почувствовал, как Гектора залило сначала откровенным изумлением, а затем — откровенным весельем.

— Простите, ваше величество, но эту версию я не рассматривал. Но мы можем сделать это сейчас вместе с вами. Допустим, айла Тали действительно… м-м-м… желает выйти замуж за императора. — Губы Гектора дрогнули, но он удержался от улыбки. — Главный фактор, который мешает ей это сделать — не считая того факта, что она нетитулованная, — наличие у императора жены. В таком случае ей достаточно отравить вас. Зачем усложнять себе цель, начиная с детей?

Виктория молчала, пребывая в смятенных чувствах.

— Ну и… Простите, ваше величество… Положение любовницы может быть куда выгоднее, чем положение жены. Уж вы-то, с вашими обязанностями постоянно посещать светские мероприятия, должны это понимать. У айлы Тали не было никакого резона травить вашу дочь. Это однозначно.

— Вы уверены? — спросила Виктория беспомощно, и Дайд всё же улыбнулся.

— Абсолютно, ваше величество.

— Благодарю, Гектор, — произнёс Арен. — Теперь можешь идти. Собери всё, что выяснил, и утром ко мне на доклад. В девять тридцать.

— Да, ваше величество.

Когда главный дознаватель вышел, император вновь обратился к жене:

— Вик, мы сейчас вернёмся в детскую. Освободим Софию и уложим детей, как обычно. Я тебя прошу, держи себя в руках. Ты ведь слышала Гектора? Или ему ты тоже не веришь?

— Верю, — буркнула Виктория, отводя взгляд. — Не волнуйся. Я всё сделаю правильно.

— Я надеюсь.

На этот раз всё прошло хорошо — они спокойно отпустили Софию до утра и уложили спать детей. Агата и Александр очень обрадовались, увидев мать, полезли обниматься, и через несколько минут из Виктории постепенно ушло всё раздражение. Она целовала обоих, особенно Агату, и волны эмоций от неё шли приятные, ласковые, только чуть-чуть тревожные. Но в их ситуации это было нормально.

Несмотря на то, что после появления в детской Виктории наследники оживились, уснули они быстро. И Арен, запечатав проход в комнату Софии своей родовой магией, чтобы никто не мог оттуда проникнуть, взял жену на руки и шагнул в камин.

В покоях Виктории, поставив супругу на пол, Арен произнёс:

— Я пойду к себе, Вик.

Она почему-то держалась за его рубашку, никак не выпуская ткань из рук, и император, прислушавшись к эмоциям, уловил смятение, беспокойство, а ещё, к его удивлению — капельку нежности. Наверное, осталась после посещения детской.

— Ты… придёшь потом? — выдохнула Виктория, посмотрев на его губы, и Арен сразу понял, чего она хочет.

Конечно, следовало прийти. Но это было уже выше его сил.

— Нет.

— Арен… — Она прижалась крепче, провела ладонями по его груди, и волны страсти стали резче, сильнее. — Ты… сердишься?

— Нет. Вик, я просто хочу побыть один. В своей комнате. Сегодня был тяжёлый день.

— Тебе плохо со мной, да? — произнесла она жалобно. — Лучше одному, чем со мной?

По правде говоря, так и было. Но разве он мог это сказать?

— Нет. Но сейчас я хочу побыть в одиночестве.

Арен прекрасно понимал, что нужно остаться здесь, в комнате Виктории, и сделать всё, чтобы она была довольна. Да, нужно.

Но он этого не хотел.

— Арен…

— Завтра, Вик. — Он аккуратно отстранился. — Всё завтра. Спокойной ночи.

И он, коснувшись губ жены кратким поцелуем, зашёл в камин.

Несколько мгновений император стоял в пламени, закрыв глаза и пытаясь унять гнев.

Не на жену — на того, кто пытался убить его дочь. Только сейчас, простившись с Викторией, Арен отпустил собственные эмоции. Он держал себя в кулаке весь день, боясь сорваться и кого-нибудь напугать, зная, что если перестанет контролировать свои чувства, действительно может причинить кому-то вред.