Читаем До онлайн бесплатно

Она опустилась обратно на стул и чуть покачнулась, когда Агата спросила:

— Пап, а можно нам тоже называть Софи на «ты»?

На секунду в столовой повисла тишина. Даже слуги, казалось, замерли.

Потом негромко кашлянула и потянулась за водой принцесса Анна. Губы её дрожали.

— Я думаю, — произнёс император, садясь в кресло, — что спрашивать нужно не у меня, а у Софии.

Дети синхронно повернули к ней лица — на них будто бы застыл знак вопроса.

— Конечно, можно.

«Императрице это точно не понравится, — подумала София, глядя на радостные улыбки наследников. — А нам ведь завтра с ней в гости ехать…»

Но тут распахнулись двери, и двое слуг вкатили в столовую тележку с блюдом, на котором стоял торт в виде императорского дворца.

— О-о-о-о! — протянули Агата и Александр.

— Их высочествам подарок с кухни! — торжественно возвестил вошедший следом повар и смущённо покраснел. — Приятного аппетита!

— Вот здолово! — воскликнул Алекс звонко. — Софи, давай почаще туда ходить!

— Да я бы с удовольствием, — ответила София серьёзно под общий смех. — Но если мы будем делать это слишком часто, то перестанем пролезать в двери.

— Двели можно ласшилить!

— Всё хорошо в меру, Алекс, — вмешался император. — Ешь суп. А торт будет на десерт.

Говоря это, его величество посмотрел на Софию и улыбнулся. Щёки её будто загорелись, и она поспешно опустила глаза.

А когда подняла их, то встретилась с понимающим и очень сочувственным взглядом принцессы Анны.

С проблемами комитета культуры, науки и образования Арен провозился до вечера. Это был огромный пласт работы, объединявший в себя как учёных, так и врачей, и учителей, и даже актёров. В последнее время, глядя в уставшее лицо главы комитета, который, к тому же, был мужем Анны и его зятем, Арен думал о том, чтобы разделить комитет на три части. Но дальше мыслей пока дело не заходило — совершенно не было времени.

Потом к нему на аудиенцию попросился Гектор, у которого проблемы вообще не кончались, и императору пришлось перенести ужин. Виктория вернулась ещё позже, чем рассчитывала, отпустила Софию и написала ему, что они с детьми отправляются ужинать, потому что «сколько можно ждать».

Император освободился только около девяти вечера и, посмотрев на часы, зашёл в камин, чтобы перенестись в столовую. Ни Виктории, ни наследников там уже не было — только слуги убирали посуду.

— Ваше величество?..

Он махнул рукой.

— Убирайте. Я потом поем.

Арен вновь шагнул в камин и построил лифт в детскую.

Жена и дети были там. Агата читала вслух книгу, Александр с любопытством слушал, сидя на коленях у Виктории, а она просто пыталась не заснуть.

— Ты поел? — спросила жена, когда он обнял её и детей. Арен покачал головой, и Виктория нахмурилась. — Ну что ты, в самом деле. Иди, поешь. Я сама их уложу.

— Позже, — ответил он кратко, садясь на диван и перетягивая Агату к себе на колени. — Продолжай, моя радость. Я хочу послушать.

Дочь улыбнулась, прижимаясь к нему, и стала читать дальше.

На самом деле Арен не слушал. Он, прислонившись щекой к макушке Агаты, вдыхал её запах.

Она пахла яблоками и сладким тестом. Наверное, этот запах остался на её волосах после посещения кухни, и император вдыхал его, чувствуя себя почти счастливым. Такие моменты, когда он обнимал Агату и Александра, были его единственной радостью, его счастьем. Всё остальное — печаль, долг и обязанности, от которых он до самой смерти не сможет избавиться.

— Арен, Алекс засыпает, — сказала Виктория тихо. — Я пойду, уложу их. А ты поешь, пожалуйста.

— Да, — кивнул он, целуя дочь. Затем поцеловал Александра, коснулся губами щеки жены и шагнул в камин.

Огонь окружал его, ластясь, словно котёнок. Пламя плясало вокруг, наполняя глаза, и Арен вдруг вспомнил, как горел тогда, на Дворцовой площади, в День Альганны. Кровь будто бы кипела, по голове словно молотом стучали, и боль была такая, что ему казалось — он лопнет, разлетится на сотни ошмётков кровоточащего мяса.

А перед тем, как всё это случилось, Арен видел глаза брата. И помнил, что в них не было ничего, кроме желания убить. Плевать на страну, на то, что будет война, плевать на всё — лишь бы убить его.

Как он мог оставить Аарону жизнь после такого?

Пламя плясало вокруг, касалось ладоней… Вот этой рукой он схватил брата за шею. И через эту ладонь выпустил наружу пламя Геенны, которое не оставило от Аарона ничего, кроме горстки пепла.

Император попытался вздохнуть, но не смог. Что-то будто бы душило.

Арен даже не понял, как так получилось… но когда он наконец вышел из камина, то почему-то оказался не в столовой, а в комнате Софии.

Сегодня совсем не рисовалось. Было тревожно, даже во дворце всё казалось каким-то притихшим, и слуги почти не смеялись, не шушукались, как обычно.

София узнала, в чём дело, только за ужином.

— Я сама не сразу вспомнила, — сказала ей Мэл, потерев глаза и зевнув. — Демоны, устала так… Утром начала убираться у Анастасии, смотрю — она словно не в себе. Я спросила осторожно, в чём дело. Она и ответила, что у её отца сегодня день рождения.

София резко выдохнула.