Читаем Аутсайдер онлайн бесплатно
– Дело не в силе. Ты держался молодцом и додумался открыть холодную воду. А еще, – сказала она, глядя на него в восхищенном изумлении, которого он прежде не видел в ее взгляде, – не опустил руки, даже когда надежды не осталось. В отличие от меня. Тоже мне, хозяйка.
Когда Конор немного пришел в себя, она потащила его в постель, хотя обычно он сам проявлял инициативу. Может, его героизм вывел ее из оцепенения и в этот раз все будет иначе? Но финал был таким же, как и всегда: он вновь столкнулся с ее прочным, непробиваемым барьером.
Несколько дней спустя, вернувшись с тренировки с Диком Гаррисоном, Конор обнаружил на пороге адресованную ему посылку с новеньким ноутбуком. К нему была приложена записка: «За услуги, оказанные моим гениальным сантехником. Э.».
– Компьютер – это уж слишком, – сказал он Эмили по телефону.
– Замена пола стоила бы гораздо дороже, – возразила она. – Ты сам говорил, что ноутбук у тебя очень старый и начал тормозить.
За исключением Ричарда, положившего десять тысяч на сберегательный счет ученика, никто не делал Конору столь щедрых подарков.
– И все же. Вещь слишком дорогая.
– Деньги не проблема, – отмахнулась Эмили. – Боже. Так всегда говорит моя мама. Я превращаюсь в ее копию. Прошу, прими мой подарок, ладно? Я буду счастлива.
Конор понял, что Эмили не переубедить, и горячо ее поблагодарил; помимо нового смартфона, он и впрямь нуждался в новом компьютере и с ужасом думал о том, что рано или поздно придется потратить на него кругленькую сумму. Но деньги найдутся – по крайней мере, у Эмили. На днях он увидел в открытой вкладке ее ноутбука чек за пожертвование в Нью-Йоркский продовольственный фонд в размере трех тысяч долларов. Для нее это значило не больше, чем спонтанная покупка на кассе.
Попрощавшись с Эмили, Конор поискал в интернете объявления о продаже недвижимости по ее бруклинскому адресу, указанному в бланке заказа, хотя раньше запрещал себе это делать, не желая запятнать свои чувства оценкой финансовых возможностей возлюбленной.
Она жила в съемной квартире с двумя спальнями и собственным садом, в доме из коричневого камня. Собственник выставлял жилье в аренду, – прочитав в первый раз, Конор не поверил своим глазам – за семь тысяч долларов в месяц. То есть восемьдесят четыре тысячи в год. Во многих штатах этого хватило бы на первоначальный взнос за ипотеку.
Очевидно, трастовый фонд Эмили содержал больше двух с половиной миллионов долларов. Гораздо больше.
Они встречались только поздними вечерами (за исключением двух-трех раз в неделю, когда Кэтрин заявляла о своих правах), но однажды утром, лежа в постели, прежде чем Конор ушел на тренировку с Джоном, Эмили спросила, не хочет ли он сегодня искупаться. И добавила, что добраться до пляжа можно порознь, если он переживает, что их увидят вместе. Конор напомнил ей, что не может похвастать навыками пловца.
– Поэтому и предложила, – пояснила Эмили. – Если хочешь, я тебя научу.
Конор принялся сопротивляться, но после того, как Эмили заверила, что не станет думать о нем хуже, если ничего не выйдет, неохотно согласился. Чуть позже они встретились на пляже за грудой валунов, отделяющей Каттерс от соседнего закрытого поселка Таннерс-Пойнт, чтобы не попасться на глаза знакомым. Эмили показала Конору, как плавать кролем. Увидев, как он барахтается, едва не наглотавшись морской воды, она предложила придерживать его тело в воде, пока не начнет получаться.
– Только постарайся, чтобы у тебя не встал на людях, – пошутила она, держа его за грудь и живот.
Первые тренировки на теннисном корте с ее матерью. Неужели чувство вины будет преследовать его вечно? Даже если тайна останется тайной, если пройдет пятьдесят лет и Эмили исчезнет из его жизни, а Кэтрин будет давно мертва, время от времени Конор по-прежнему будет вспоминать, что натворил тем летом, когда ему было двадцать пять.
К концу полудня ему удалось самостоятельно преодолеть небольшую дистанцию, прежде чем координация движений нарушилась и ему пришлось встать на ноги. С тех пор они стали заниматься каждый день.
Однажды вечером Кэтрин пришла к нему с серебряной фляжкой в руке. Она еще ни разу не приносила алкоголь в хижину, но в ее дыхании всегда улавливался запах спиртного, который она маскировала ополаскивателем для полости рта. Конор обычно не говорил с ней об этом.
Сейчас, судя по неверной походке, Кэтрин была сильно пьяна. Когда Конор ее поцеловал, она не ответила взаимностью.
– Все нормально? – встревожился он.
– Раздевайся.
Они приступили к делу. Сегодня она вела себя иначе: вместо того чтобы броситься на него, как хищница на добычу, просто лежала на спине. Такое у них было впервые. Может, Кэтрин все-таки узнала о его романе с Эмили?
– Что-то не так? – спросил Конор.
Она промолчала. Он отстранился.
– Что ты делаешь?
– Хочу прекратить, – ответил он.
– Я тебе плачу́, – напомнила Кэтрин. – Закончи работу.
Ему пришлось подчиниться. Он снова в нее вошел, вставляя как можно жестче, чтобы быстрее завершить начатое, но поведение партнерши так сильно его встревожило, что об удовольствии можно было забыть.
