Читаем Соната Ужа онлайн бесплатно
Какое-то время они спорили, повышая голос, потом успокоились. Шенье подошел, крепко взяв за локоть, провел ведьму к алтарю. Из притвора выскочил мальчишка в блестящих одежках, подтащил табурет и, опасно раскачиваясь на нем, держал над женихом с невестой два венца. Сопел, высунув от усердия язык. Священник скороговоркой проговаривал положенные слова, задавал вопросы. Все для Агле было, как в дыму. В слезах. Не опирайся она на Шенье — упала бы. Наконец они обменялись браслетами и под мрачным взглядом Единственного пошли к выхожу.
— Что-нибудь еще? — наклонился марлезонец к ней.
— Если ты!.. Если ты... — Агле содрала браслет, как ядовитую лиану, замахнулась бросить, но только спрятала в поясную сумку к деньгам. — Поклянись! Вот прямо сейчас! Что никто никогда не узнает об этом. Особенно Юрген.
Шенье поднял раскрытую ладонь:
— Клянусь! Узнает только Рошаль. А он стряпчий, им положено уметь держать язык за зубами.
Ведьма шла, ухватившись за локоть Андре и надеялась только, что это безумие наконец-то кончится. Но в Ратуше на нее налетела восторженная Майка. "Счастливый жених" как-то стремительно потерялся, а долговязая поволокла подружку в темный уголок, за развалы брошенной кое-как тяжелой мебели. Расстелила на пол плащ. Плюхнулась сама и ведьму за руку потянула.
— Он... Он был... мы с ним были! Ну, как муж и жена!.. — девица вопила, почти не сдерживая голос. Или Агле так казалась. Она покрутила пальцем в звенящем ухе.
— Ты чего такая смурная? — прицепилась долговязая. Ткнула в огромный синяк у Агле на груди: — Тебя что, побили?!
— Упала, — хрипло отговорилась та.
— Ой, ты где была? Ты же все самое интересное пропустила! — опять заверещала Майка. От нее воняло вяленой колбасой. Ведьма сглотнула слюну. — Ты с раненными застряла, да? А мы в первых рядах. Неля Юрген... князь Вакарас послал с поручением, а я за ним. Думала, меня лошадь сбросит! Ой, волнительно как... — она притиснула руки к вздымающейся груди.
Агле и не хотела бы смотреть, да смотрела в Майкиной голове, как утром накануне барон Нель Береш скачет к городской стене.
Но до этого был погреб сожженного трактира на полдороги между лагерем повстанцев и Састиной. И Майка вешалась на барона, ревя в три ручья.
— Тебя там убьют! Я тебя не пущу, слышишь?
Долговязая изо всех сил саданула ему в грудь кулачками. Глухо зазвенела под жупоном кираса. Нель поймал руки девчонки за запястья, чтобы не поранилась, а рот заткнул поцелуем. И покосился в сторону.
В погребе стояла утробная тишина. Такая глухая, что закладывало уши. Сквозь узкий продух светил солнечный луч, в нем плясали пылинки. И вместе с лучом точился, перебивая аромат вяленых колбас и вина, запах гари. Даже отсюда, из руин придорожного трактира в паре верст от столицы видно было, как горит Састина. Небо над ней наливалось нехорошей рыжей кровью, пластало ветром дымы.
— Ты мне что обещала?!.. — оторвавшись от Майкиных губ, прошипел белобрысый Нель. — А то иди, князю Юргену признайся, кто ты есть. И проси позволения меня всю войну под юбкой держать.
Майка всхлипнула и присела за большой бочкой в углу, закрывая лицо ладонями. Ар Береш залез следом. Стал гладить ей опущенные плечи.
— Дуреха моя рыжая... Назад езжай.
Легонько подтолкнул долговязую пониже спины.
Та смотрела с высоты седла, как Береш скачет по голому полю к Золотым Воротам и по привычке все ищет слева взглядом маленького оруженосца на мохноногой кобылке. И, верно, злится, что не находит, и облегченно вздыхает, что его нет...
И галопом погналась за Нелем.
Двухъярусные ворота с аркой, прикрытой бревенчатым подъемным мостом, росли, закрывая небо. В обе стороны от ворот крыльями расходились сложенные из дикого камня стены, пуще цемянки притертые собственной тяжестью. Поверху шло деревянное с двухскатной крышей забороло.
Было в стенах четыре уровня огневого боя. А сколько мушкетов и самострелов целилось сейчас в подъезжающих из бойниц, и думать не хотелось. И все сильнее примешивалась к запаху гари вонь нечистот и гнилой воды из широкого, давно не чищеного рва.
Над воротами на выдвинутой вперед деревянной балке в трех человеческих ростах над землей болтался висельник. Сверху его полили смолой — чтобы подольше не гнил и вороны не клевали. Но из-под черных потеков трепались развеваемые ветром, не потерявшие ярких цветов одежды кнехта с многочисленными разрезами.
А вот сапог не было — сапоги вещь полезная, немалых денег стоят и удавленнику ни к чему.
Майка зажала бы рот рукой, но боялась отпустить поводья. Нель перед ней с трудом удержал рвущуюся из рук хоругвь на прочном длинном древке. Казалось, всадник, вышитый по белому с лиловым шелку, не желал остановиться.
Барон поднял рог и подул. От хриплого звука вороны сорвались с крыш и с траурным карканьем метнулись в сторону леса. Майка окоротила присевшего на задние ноги конька.
— Кто такие? — заорали со стены. — Чего надо?!
— Письмо у меня!
— От кого?!
— От ара Юргена князя Вакараса! — Нель качнул хоругвью.
— Так он же помер, — растерянно охнули наверху.
— Счаззз!!! Ну, и что ты застрял? Чтоб через час был ответ!
