Читаем Преддверие онлайн бесплатно
— Вся ваша партийная элита в той или иной степени в предреволюционное время была завербована разведками всевозможных стран, и моя страна не осталась от этого в стороне, как я знаю. Мы даже премьер-министром у вас поставили своего человека, но слабым оказался, бежал из дворца. Не на того сделали ставку, просчитались — слишком он презирал собственную страну, и любовался собой, как фешенебельная проститутка собственным отражением в зеркале. Да, веселое было времечко, есть что вспомнить.
Такого от Рузвельта маршал не ожидал, чуть ли не закашлялся. А тот усмехнулся и негромко произнес:
— В день подписания отречения вашего царя Нью-Йорк был украшен флагами, банкиры торжествовали, решив, что правильно вложили капитал в сомнительное дельце, и теперь можно «стричь» купоны. Потом нисколько не расстроились, когда одна креатура сбежала, но в запасе имелась другая, которая со своими родственниками ловко делала гешефт. И вот когда чуть было она не стала главной, наших дельцов опередили другие, более опытные, с отточенным за столетия опытом. Была и третья, и четвертая, и пятая — но не о них речь — это политика, Грегори, и мало кто останется чистым, залезая в самую грязь по макушку. Деньги ведь не пахнут, как сказал один из римских императоров, а власть будоражит людей намного больше, чем богатство — от нее никогда не отказываются, особенно находясь на самой вершине. Ведь оттуда ведь один путь, исключительно вниз, в полное забвение.
Рузвельт не ерничал, он говорил предельно серьезно, какие тут могут быть шутки. К тому же Кулик теперь знал, что президент говорит правду — ознакомился с материалами, какие там «пятые-седьмые», счет шел на многие десятки. По ним прошлись репрессиями, но как говорил один из советских генеральных прокуроров, что главное в процессе расследования не выйти на самих себя. Такова борьба за власть, тем более в стране, по которой прокатились несколько революций с гражданской войной. «Идеалисты» в этом месиве не выживают, а вот циники запросто, причем берут деньги у всех, вопрос только в том будут ли они выполнять задания «хозяев», или просто 2кинут' их при первом удобном случае.
— Вижу, многое вы не знаете, Грегори, ну вы же военный, к тому же человек из другого времени, и иного мира — да, это так, теперь вашего того мира может и не быть. И, решать только нам с вами, больше некому. И то, что определим в этом вагоне, все примут. Будут недовольны, но проглотят как горькое лекарство, спасающее им жизнь.
— И даже Черчилль? Что-то не видно в нем уступчивости.
— Просто мы ему руки не выворачивали, — усмехнулся Рузвельт. — Но не стоит этого делать, ведь этот лощеный британский аристократ все совершит за нас — он не спасает Британскую империю, он ее фактически разваливает. В Лондоне это поймут, как только отгремят последние залпы, и вышибут в отставку навсегда. И устроят торжественные похороны вроде как человеку, но на самом деле по своему былому величию. А что им остается делать в такой ситуации? У «островитян» такое своеобразное чувство юмора.
Кулик ошарашенно посмотрел на Рузвельта — на этот счет он ему и полслова не сказал, даже намека не сделал, но удивительное предвидение событий. Действительно, «великий президент», потрясающее умение делать короткие и образные выводы. И судя по разговору, по оброненным фразам, у него иное видение будущего Америки, совсем не в том направлении пошла страна после его внезапной смерти.
— Думаю, моих «четырех полицейских» достаточно для мира. Двух «шерифов» и двух «констеблей», которых будут больше всего ненавидеть. И мы друг другу не отопчем «мозоли» в бескрайних «джунглях». Британскую империю Вашингтон всегда сможет взять на «короткий поводок», и пусть бульдог рычит и бросается, в любой момент его можно одернуть. А вы не дадите подняться Китаю — как только ваш сосед почувствует силу, то вас сомнет, не стоит его недооценивать. Так что момент сейчас вы имеете, им следует воспользоваться — азиаты должны быть отдельно от китайцев, потому вам следует получить в зону влияния' дополнительно Синцзян и Кашгарию, всю Монголию и Маньчжурию. А китайцы пусть живут наособицу от них, как во времена Чингисхана. Нам «Новый Свет», вам Азия, и мы не мешаем друг другу, но никому не дадим усилиться, чтобы не бросили нам вызов. В мире должно быть постоянное равновесие, иначе он перевернется вверх тормашками. Ведь ничто не объединяет бывших противников и недоброжелателей лучше и крепче, чем один общий и опасный для них всех враг.
Кулик ничего не ответил — такого предложения, да еще сделанного так открыто, он не ожидал, и лихорадочно размышлял, есть ли тут подвох. Рузвельт продолжил негромко говорить, куря сигарету. Пыхнул дымком, и внимательно посмотрел на маршала:
— Англичане Африку не удержат, она получит самостоятельность. Индия уже отбилась от их рук, вам лучше взять ее под свою опеку. С Европой все ясно — славяне и православные вам, как и половина германских земель, детали, вроде той же Финляндии, можно дополнительно обсудить. Как вам мой план, Грегори, подходит ли он в общих чертах?
