Читаем Преддверие онлайн бесплатно

— Могу только догадываться, даже в мое время о том нет четких знаний, выверенных, я имею в виду. Но о кое-чем есть догадки — я ведь кадровый военный, не политик, интересовался подоплекой постольку-поскольку. Но с вашим правлением Америка изменилась — если раньше каждое из десяти семейств, тех самых, что создали Федеральную Резервную Систему, владела активами, совокупными валовому доходу США, то сейчас весь их совокупный баланс много меньше. Вы им хорошо прищемили любимую мозоль, единственный президент, которого выберут на четыре срока.

— Даже так? Отрадно знать, что доживу до сорок пятого года, Грегори, и успею многого добиться за следующие пять лет от нынешнего дня…

— Да. достигните многого, но в конце апреля сорок пятого года, за несколько дней до капитуляции Германии, неожиданно умрете, при очень странных обстоятельствах, скажу так. И к власти сразу же придет ваш новый вице-президент Гарри Трумэн, которым вы сами замените Уоллеса — вам ведь сделают предложение, от которого даже вы не сможете отказаться, если я правильно помню сложившуюся тогда ситуацию.

— Даже так, — голос президента остался ровным, вот только лицо немного побледнело. Да оно и понятно, не каждому удается узнать о точной дате собственной смерти, да еще при загадочных обстоятельствах.

— Интересно было бы узнать причину, по которой мне пришлось заменить проверенного наперсника, на ставленника недоброжелателей, скажем так. У вас есть по этому поводу соображения, Грегори? Я понимаю, что вы военный, да еще враждебной страны, а это после такого поворота неизбежно, хотя я вижу мир несколько иначе, вернее совсем иначе. И должны что-то знать точно на этот счет, поверьте, это очень важно.

— Скорее всего, после Брейтон-Вуда, где будет проведена конференция, на которой будет принято решение считать доллар единственной мировой резервной валютой, именно в нем вести все расчеты.

Наступила пауза, теперь долгая и тягостная — Рузвельт насупился, обычная улыбка пропала, лицо окаменело. И через пару минут, явно сделав усилие над собой, он негромко произнес:

— А вот мои мысли на этот счет сейчас никто не может знать. Никто, кроме вас, Грегори. А потому наша беседа должна пойти в совсем другом ключе, поймите меня правильно…

Таким Америка и запомнила своего четырежды президента — «великого ФДР»…

— Нужны только танки и боеприпасы, армию экипажами обеспечили, все в полном наличии, запасные роты в бригадах снова доведены до усиленного состава. Еще три недели подготовки и моя армия будет готова к наступательной операции, Федор Иванович. Требуется только устойчивая морозная погода, а вот на это рассчитывать пока не приходится — осень затянулась, стоят относительно теплые дни, и до зимней стужи далеко.

Маршал Черняховский тяжело вздохнул — в том, что предстоит наступление на Одессу и Кишинев, знали все, да и подготовка к операции особенно не скрывалась. Да и чего скрывать, если во втором эшелоне фронта, вытянувшегося по Южному Бугу на три сотни километров, от Николаева и Вознесенка и до Первомайска на Гайворон, сосредоточены в Кировограде и Кривом Роге две танковые армии. Его 4-я и 2-я генерал-полковника Орленко, старого знакомого по боям в Прибалтике — в одном 12-м мехкорпусе тогда воевали, командуя танковыми дивизиями. Собственно в Николаеве, а дальше по берегу Бугского и Днепровского лиманов до Кинбурнской косы и Тендры занимает полосу Приморская армия генерал-полковника Петрова. А чуть севернее Умани, что стала линией разграничения с Юго-Западным фронтом, находится на отдыхе и пополнении 1-я танковая армия маршала БТВ Лелюшенко, получившего это звание за отличие в боях за освобождение Правобережной Украины. И неспроста ее там остановили — как раз, чтобы подсечь северо-западный фас группы армий «Юг», которая находится сейчас не в самом лучшем состоянии после неудачных боев в Днепровской излучине и на Запорожском плацдарме, с беспорядочным отступлением за реку, но наспех наведенным понтонным переправам — потому что все мосты были разбомблены. Да и переправы не раз «накрывали», особенно когда завязались бои за Николаев — немцам пришлось побросать почти всю тяжелую артиллерию и технику, к тому же оставить подбитые и поврежденные танки, которые можно было отремонтировать. Но переправить на южный берег СПАМы командованию противника не удалось, все оставленные там танки стали законными трофеями наступающей Красной армии.