Читаем Парторг 2 онлайн бесплатно
Берия хорошо говорил по-русски с небольшим грузинским акцентом, но сейчас у него был такой акцент, что Маленков даже в первый момент растерялся и подумал, а с Лаврентием Павловичем ли он разговаривает? Но тут же отбросил эту мысль, такое просто невозможно, чтобы из кабинета наркома внутренних дел ему от его имени позвонил кто-то другой.
— Доргой, это нэвозможно. За такой короткий срок выполныть такой объём работы. У нас что, действительно, в Сталинграде появился суперхэний? — непривычно для собеседника волнуясь, говорил Берия, проглатывая буквы в словах и неправильно произнося их. — Я нмэдленно поручу областному управлению НКВД проверить каждый слово в этом донесении.
На этом Берия положил трубку. Маленков ещё раз прочитал пришедший из Сталинграда отчёт и уже спокойно подумал:
«Надо будет внимательнее присмотреться к этому молодому человеку. Не думаю, что Чуянов и Андреев так нагло врут. Но в таком случае этот Хабаров действительно гений. А то, что Берия будет их дополнительно контролировать, так это неплохо. И присмотрит заодно за кем надо, — Маленков ухмыльнулся, то что Берия в сердцах может крыть всех отборным матом он знал и даже бывало выслушивал это устное творчество грозного наркома, но чтобы он забыл как правильно говорить по-русски, и кстати скорее всего матюки даже позабыл. — Это дорого стоит».
Эта мысль его даже развеселила и однозначно подняла настроение. Маленков положил пришедший отчёт в отдельную папку, которую решил после последнего заседанияможет ГКО завести для всех документов, имеющих отношение к восстановлению Сталинграда. Папка уже немного пополнилась за последние дни, но этот отчёт выделялся особо.
Я проснулся не только бодрым и выспавшимся, но и в великолепном состоянии духа. Сквозь сон уже пробивались звуки готовящегося завтрака, и это придавало утру особенную прелесть. Он наверное был почти готов, и сразу же чувствовался какой-то незнакомый, но очень вкусный картофельный запах. Василий определённо меня балует.
Мне хотелось поскорее приступить к работе, чтобы уже сегодня было сделано что-то реальное и конкретное. Даже одно выполненное дело сегодня точно сдвинет всё с мёртвой точки и начнётся восстановление.
Мне вчера перед сном не удалось поговорить с Иваном Петровичем, но я знал, что он возглавил одну из бригад, сформированных в нашем Блиндажном, и что всё готово для начала восстановительных работ на одном из намеченных нами зданий.
Иван Петрович уже был на ногах, и когда мы с Андреем и Михаилом направились на завтрак, он ожидал меня возле нашего камбуза вместе с Василием, который быстро усадил нас всех за стол и поставил перед нами большую сковороду картошки, жаренной на свином сале.
Я даже растерялся от неожиданности. В детском доме воспитанников не баловали такими блюдами, а Сергей Михайлович за давностью лет забыл, что такое картошка, жаренная на свином сале, которую он последний раз ел очень давно. Золотистые ломтики, хрустящие по краям и нежные внутри, источали аромат, от которого текли слюнки. Сало придавало картошке особенный вкус, какую-то домашнюю душевность.
— Ешьте, товарищи, не стесняйтесь, — улыбался Василий, явно довольный произведённым эффектом. — Сегодня день будет долгий, надо силы набираться.
Доклад Ивана Петровича был очень коротким, всего два слова:
— Мы готовы.
Мой ответ был таким же:
— Тогда начинайте.
В начале седьмого мы подъехали к «Красному Октябрю». Каково же было моё изумление, когда я увидел, что на нашем участке ремонта разбитой немецкой техники работа идёт полным ходом. Слышался лязг металла, звук работы сварочного аппарата, чьи-то команды. Несколько человек возились с полугусеничным транспортёром, кто-то разбирал двигатель на импровизированном верстаке.
Руководил ими естественно Дмитрий Петрович Кошелев, главный инженер горстройтреста.
— Как это всё понимать, Дмитрий Петрович? — я изобразил в своём вопросе недоумение.
— Решили проявить инициативу, Георгий Васильевич, — Кошелев меня отлично понял и ответил мне в стиле «рады стараться».
Но сразу же эту маску отложил и продолжил серьёзно:
— Вчера на совещании решили, что работать надо круглосуточно, за счёт непрерывности производства выработка достаточно существенно повысится. А вам Аня не дала позвонить.
— Это как не дала позвонить? — я даже растерялся от такого заявления.
Кошелев на мой вопрос не ответил, как-то странно посмотрев на меня. И я понял, что он жалеет, что сказал про Анну Николаевну. Вряд ли главный инженер треста какую-нибудь другую женщину назвал бы Аней. Что-то здесь было не так, какая-то история, о которой я пока не знал, но которая явно имела значение.
В этот момент на нашей площадке появился директор «Красного Октября» Павел Петрович Матевосян со своей свитой. Увидев меня, они направились к нам. Матевосян шёл уверенно, несмотря на раннее утро, выглядел бодрым и собранным.
Павел Петрович поздоровался со мной, как со старым знакомым, и сразу же заговорил о деле.
