Читаем Нож гладиатора онлайн бесплатно
Он повернулся к Аксельроду и кивнул:
– Лев Борисович, прошу вас начать процедуру голосования.
Аксельрод достал из своей папки отпечатанный листок со списком акционеров, откашлялся и произнес:
– Первым в списке является господин Арбузов, владеющий десятью процентами акций… как я понимаю, коллега, вы представляете его интересы.
– Совершенно верно, – подтвердил Сергачев. – Но господин Арбузов передал свои акции в доверительное управление другому владельцу, который также доверил мне представлять его интересы. Вместе с акциями он передал этому владельцу свои голоса.
– Кто же этот владелец?
– Присутствующая здесь Анна Сергеевна Сорокина.
– Ты?! – Андрей злобно зыркнул на жену, но под взглядами юристов замолчал.
– Вы можете проголосовать, – проговорил Аксельрод.
– Я голосую этими акциями за то, чтобы освободить Андрея Николаевича от должности председателя.
– Сука! – прошипел Сорокин.
Оба юриста строго посмотрели на него.
– Продолжим… следующим должен проголосовать акционер Баранов, владеющий восемью процентами акций…
– Совершенно верно. Но господин Баранов тоже передал акции новому владельцу.
– И кто же это?
– Анна Сергеевна Сорокина.
Аксельрод, стараясь не показать свое удивление, снова повернулся к Анне.
– Этими акциями я также голосую за то, чтобы освободить Сорокина от должности.
– Продолжайте! – проговорил Сергачев.
– Следующим голосует господин Верещагин, владелец шести процентов акций…
– И он тоже передал свои акции госпоже Сорокиной.
– И этими акциями я тоже голосую за освобождение господина Сорокина от должности.
Сорокин сидел, багровый как помидор, и злобно смотрел на жену, едва сдерживаясь, чтобы не разразиться потоком проклятий.
Аксельрод считал голоса.
Спустя некоторое время он произнес:
– Теперь голосует сам господин Сорокин, владеющий двадцатью процентами акций и соответствующим количеством голосов.
– Я, естественно, голосую против своего освобождения от должности! – выпалил Сорокин.
– Одну минутку, – прервал его Сергачев, – господин Сорокин, вы не можете голосовать.
– Как это не могу? Я владею самым большим пакетом акций и, естественно, могу воспользоваться своими голосами!
– К сожалению, нет. Три месяца назад вы использовали свои акции как обеспечительный депозит, чтобы получить кредит в «Бета-банке». То есть фактически заложили их.
– И что с того? Акции все равно мои! Рано или поздно я их обязательно выкуплю!
– К сожалению, Андрей Николаевич, это не так. Вы не вернули кредит своевременно, и банк по условиям договора реализовал этот депозит. Его приобрела…
– Она?! – Сорокин зверем взглянул на жену.
– Нет. Этот пакет акций приобрела госпожа Мишель Мустонен. Но ее доверенным лицом является госпожа Сорокина…
– И этими акциями я тоже голосую за освобождение господина Сорокина от должности.
Сорокин смотрел по сторонам как загнанный зверь.
Когда его взгляд остановился на Аксельроде, тот пожал плечами и проговорил:
– Андрей Николаевич, я предупреждал вас, что не стоит закладывать акции.
– Предупреждал он! Мне срочно нужны были деньги!
– Ну теперь это уже не имеет значения. Голосование закончено, – проговорил Аксельрод. – Подвожу его итоги. Восемьюдесятью процентами голосов держателей акций при двадцати процентах воздержавшихся господин Сорокин освобожден от должности председателя совета директоров. Теперь нам предстоит путем голосования выбрать нового председателя…
– Я предлагаю кандидатуру присутствующей здесь госпожи Сорокиной, – произнес Сергачев, – если других кандидатур нет, предлагаю приступить к голосованию…
Через несколько минут голосование было закончено, и Сергачев поздравил Анну с назначением.
Тут вдруг Сорокин просветлел лицом, подскочил на месте и торжествующе воскликнул:
– Остановите этот цирк! Требую немедленно отменить результаты голосования!
– На каком основании? – сухо осведомился Сергачев.
– На том основании, что мы с ней, – Сорокин презрительно кивнул на жену, – мы с ней – муж и жена, и все, что в процессе брака приобрел один из нас, принадлежит обоим в равных долях! Так что все эти акции, которыми она голосовала, мои в такой же степени, как и ее!
Он повернулся к Аксельроду и рявкнул на него:
– И ты это должен был сразу заявить! За что я тебе плачу деньги?! Хорошо, что я сам до этого додумался! Итак, немедленно начинаем новое голосование!
– Ничего не получится, – возразил Сергачев.
– Почему это?
– Лев Борисович, – Сергачев повернулся к своему коллеге, – разъясните ситуацию вашему клиенту. Полагаю, что это ваша обязанность как его юридического советника.
Аксельрод уныло кивнул и повернулся к Сорокину:
– Андрей Николаевич, думаю, в процессе совещания вы обратили внимание, что акции фирмы, о которых идет речь, были не проданы, а переданы в доверительное управление вашей супруге. Таким образом, они не являются вашим совместно нажитым имуществом. Так что голосование совершенно законно, и отменить его результаты не представляется возможным.
Он повернулся к Анне и проговорил почтительно:
– Разрешите поздравить вас с избранием…
– И первое, что я сделаю на новом посту, – отчеканила Анна, – я уволю присутствующего здесь господина Сорокина.
