Читаем Миллениум. Вторая часть онлайн бесплатно
— Да. А ты веришь в потустороннее? — последнее слово я произнесла зловещим шепотом.
Таня подошла к папиной фотографии в траурной рамке, висящей на стене.
— Знаешь, Лёсь… Мне пару дней назад он приснился. — Она аккуратно стерла пальцем пыль с рамочки, — Здоровый, сильный. Он вот тут в комнате за столом сидел и извинялся, что пока в гости нас не зовет, потому что ему угощать нас нечем.
Она часто заморгала, пытаясь побороть подступающие слезы. Мне стало жутко, плечи непроизвольно дернулись, и я перевела тему:
— А еще бабушка умеет гадать.
Таня переключилась на мою волну и раскрыла рот от удивления.
— Ниче се! Она тебе гадала? Что сказала?
— Круче, — продолжала интриговать Таню я.
— Ну не томи! Бесишь!
Я достала мешочек с картами. Танюша уселась рядом со мной и уставилась на мои руки не моргая.
— Я ж говорю, круче! — Я извлекла колоду и продемонстрировала ее удивленной Танюшке. — Она и меня научила.
У Тани отпала челюсть.
— Че, ты теперь прямо реально умеешь гадать? И будущее видишь?
— Ну-у-у, я не волшебник, а только учусь. Надо практиковаться. Хочешь, на тебе проверим?
Подруга заерзала на диване.
— Хм… Стремно как-то. А ты можешь меня посмотреть? К примеру, любит ли меня Димка?
Про него я помню только то, что он мутил одновременно и с ней, и с девочкой из параллельного класса, Дашей Морозовой. Когда Таня об этом узнала, то избила ее, а потом обмазала его дверную ручку кошачьим дерьмом.
Как оно на самом деле, я знаю. Самой интересно, подтвердят ли карты? Если получится околесица, я скажу, как есть, то есть то, что помню. Но мне не столько гадать ей нужно, сколько, чтобы она просто мне поверила.
— Давай посмотрим. Только вопрос задай четко.
Таня сразу забыла о нахлынувшей тоске. Она задумалась на пару секунд, прикусив губу и прищурив правый глаз — выражение лица получилось, будто у нее ружье в руках, и она целится в сердце этого Димы.
— Хорошо, придумала! — объявила она.
— Сдвигай левой рукой к себе. — Я протянула ей колоду. — Вопрос задавай вслух.
Таня сдвинула карты на себя и спросила:
— Как ко мне относится Дима?
Я достала три карты и положила их на диван картинками вверх. Болванчик, а ну-ка давай, жги. Итак, что мы имеем. Дорога, уходящая вдаль, молодая девушка и вор, сбегающий в окно! Голос в голове молчал, наверно Болван, обиделся. Ладно, сама разберусь, даже изворачиваться не придется, все четко.
Таня напряглась в ожидании вердикта. Я сделала вид, что задумалась, для пущей важности подержала руки над картами, закрыла глаза и выдала:
— Он выбирает между тобой и блондинкой. Выбор будет в ее пользу.
Танины глаза распахнулись, ее перекосило от злости.
— Какая еще блондинка?.. Кажется, знаю! Ах, он козлина! Кобель!
Она сорвалась с места и заметалась по комнате.
— Подожди, я сейчас. Надо же, какой говнюк. Вот чума! — негодовала подруга, что-то ища в ящиках стола, — Я мигом! Надо найти кое-то.
Не прошло и пяти минут, как моя фурия держала телефонную карту. Я и забыла об их существовании.
— Пошли позвоним, — потянула меня за руку она, поднимая меня с дивана. — Тут будка недалеко. Я прямо сейчас у него все и спрошу!
— А если соврет? — спросила я, обуваясь.
— Не, я на понт возьму.
Переубеждать ее было бесполезно. Если ей блажь в голову втемяшится — не выбьешь ничем, уж я-то знала.
Мы вышли из дома и поспешили к большому серому зданию центрального универмага. На его стене, покрытой «шубой», под жестяным козырьком спрятался одинокий таксофон. Его кнопки уже изрядно стерлись, он запылился и выцвел. Сколько ж тайн и историй он услышал за свой век!
Наверное, даже больше, чем самая активная приподъездная сплетница. Он будто был портал между временами, напоминая мне об ушедшем и вновь вернувшемся. Не понимая зачем, я сняла трубку, приложила к уху и затихла, слушая гудки.
Таня посмотрела на меня, как на идиотку.
— Эй, мать! Ты чего?
Я вздрогнула и повесила трубку на место.
— Проверяла, не засосет ли нас в матрицу, — отшутилась я.
— Так ты ж не смотрела ее, — поймала меня на нестыковке Таня. — И там нужно было ответить на звонок.
— Не занудствуй, звони давай.
Таня вставила телефонную карту, набрала пятизначный номер и гневно засопела в трубку в ожидании ответа.
— Алло! Дима, это ты? Привет. Да я хорошо… Ты вот что, скажи-ка мне, мой дорогой… — ее голос зазвучал слишком приторно. — Что это значит?
Подруга замолчала. Получился совсем детский блеф. Посмотрим, сработает ли.
— Не делай из меня дуру! Я все знаю! Ты с этой козой белобрысой мутишь⁈
Послушав еще немного, она швырнула трубку и со всей дури пнула стену у таксофона ногой. Трубка повисла на проводе, раскачиваясь, словно висельник. Мне стало жаль ни в чем неповинный аппарат, и я аккуратно повесила ее на место.
Таня рвала и метала.
— Ты прикинь! Он даже отмазываться не стал! Говорит, я не хотел, чтоб ты вот так узнала… Скотина! Тварь!
Пусть лучше сейчас узнает, чем привяжется и будет страдать. В той реальности родители избитой Даши написали заявление, и Таню поставили на учет в милицию.
— Не вздумай Дашку трогать, посоветовала я.
Таня уперла руки в боки.
— Че это? Она у меня парня увела, а мне что, обтекать?
