Читаем Матабар IX онлайн бесплатно
Ард вошел в него на четвертой передаче, на скорости, которую стрелка спидометра отказывалась показывать, потому что уперлась в ограничитель и дрожала там пойманной бабочкой. Мотор Дагдага ревел. Не рычал, не выл, а именно ревел, тем первобытным, утробным ревом, который издают звери, когда бегут не от чего-то, а за чем-то, и знают, что догонят.
Ветер рвал волосы, сжимал грудь, драл незащищенную кожу лица, и Ард не чувствовал ничего, кроме скорости.
Вновь изогнулся первый поворот последнего круга. Ард вошел в него так, как не входил ни разу за всю гонку. Он срезал внутренний край, и правое колесо проскрежетало по гравию, высекая искры. На выходе юноша вдавил газ так, что задние колеса провернулись на месте, прежде чем вцепиться в асфальт и вытолкнуть машину вперед.
Второй поворот. Третий. Четвертый. Ард проходил их один за другим, как заклинания в цепочке Резонанса — точно и быстро. На той грани, на самом краю, где ошибка означала бы не только потерю дурацкой позиции в не менее дурацкой гонке. Охотник внутри пел, кровь стучала в висках, и Ард впервые в жизни понял, почему Аркар, Нита, Таисия и Милар так любили поиграть наперегонки с ревом своих же двигателей.
Внезапно под капотом раздался грохот и дорога, совсем не метафорично, поползла куда-то вперед.
Не сразу, не вдруг. Сначала пришла дрожь. Ард почувствовал ее через руль, через педали, через каждую кость своего тела. Дрожь шла снизу, из-под асфальта укрывшего спящую землю, из тех самых плывунов, о которых предупреждали инженеры и о которых писали газеты каждую весну. Потом по ушам ударил звук. Глухой и утробный, как стон раненой степной Лохматины. А под конец впереди, метрах в семидесяти, между пятым и шестым поворотами, трек попросту исчез.
Не просел даже, а банально провалился. Участок дороги длиной в добрых семь метров ушел вниз, как будто кто-то выдернул из-под него опору, и на месте ровной полосы асфальта зияла яма. Рваная, с осыпающимися краями, с торчащими обломками бордюра, водопадами из гравия и мешками с песком, повисшими над пустотой. Плывун, проснувшийся от весенних вод, сожрал кусок трека, как голодная рыба наживку.
Трек ведь совсем новый… а прошедшая зима оказалась столь яростной…
— Вечные Ангелы! — заорал конферансье, и впервые за всю гонку в его голосе зазвучал не азарт, а страх. — Провал на треке между пятым и шестым поворотами! Всем пилотам — немедленно остановиться! Красный флаг! Красный флаг!
Впереди, метрах в тридцати от провала, Ард увидел автомобиль — тот самый темно-зеленый, с птичьими крыльями, который он обошел на девятом круге. Пилот в круглых очках отчаянно давил на тормоз. Его автомобиль, разбрасывая гравий, шел юзом и остановился лишь в нескольких метрах от края, накренившись на два колеса и замерев поставленной на дыбы лошадью.
За ним, один за другим, пытались спастись и остальные. Визг тормозов, скрежет гравия, крики. Красные флаги на вышках рефери, будто те могли на что-то повлиять, остервенело метались из стороны в сторону.
Ард несся к провалу на четвертой передаче, на скорости, которую спидометр отказывался показывать, и у него было, может быть, лишь несколько секунд, чтобы принять решение.
Тормозить.
Или нет.
Он посмотрел на провал. Перед внутренним взором карандаш заплясал по воображаемой бумаге. Семь метров или больше. Глубина — неизвестна, но края явно были совсем не на одном уровне, может перепад в метр, но не больше. Противоположный край — ровный, а за ним шестой поворот и финишная прямая.
Охотник внутри Арда не раздумывал ни мгновения.
Ардан ударил по газу. Не просто нажал — вдавил педаль в пол так, что почувствовал, как подошва ботинка проминает металлическую пластину. Левая нога вбила сцепление до упора, правая рука рванула рычаг на третью, и Ард крутанул газ до предела. Мотор взвыл на запредельных оборотах. Стрелка тахометра, спрятанного за треснувшим стеклом на приборной панели, рванула вправо и с металлическим щелчком, которого Ард даже и не услышал, ударилась об отсекатель.
Он резко, без лишней плавности, без ненужной нежности отпустил сцепление. Мотор, рискуя расколоть поршни и захлебнуться в собственной ярости, взревел так, что задрожал корпус, загремели заклепки, и стрелка тахометра попросту замерла. А спидометр и вовсе прогнулся выпуклой крышкой банки с прокисшим соленьем.
Край провала приближался. Ветер смеялся где-то позади Арда. А перед ним раскинулся вовсе не темная дыра в асфальте, а как и тогда — скалистые просторы родных гор. Он снова, как и в детстве, бежал следом за Кайшасом, слыша ритм сердца орла и хлопки его крыльев. Он слышал ветер в перьях небесного странника и чувствовал, как плывет в нем, будто по воде.
Колеса оторвались от земли.
Наступила тишина.
Немного странная. Мотор все еще ревел, и ветер все еще рвал волосы. Это была какая-то совсем новая для Ардана тишина. Тишина полета. Тишина мгновения, когда колеса больше не касаются земли, и ты — не пилот, не маг, не дознаватель, не чей-то муж и не чей-то сын, — ты просто летишь. Над пустотой. Над провалом. Над всем, что так сильно тревожило последнее время.
