Читаем Лимбус. Том 2 онлайн бесплатно
– Можно подумать, у нас есть выбор, – недовольно сказал генерал и, кинув встревоженный взгляд на Янь Шэнли, подошел к Шеолу. – Нужно расписываться кровью или здесь верят слову небожителя?
Девушка недоуменно склонила голову к плечу, словно не понимая, о чем говорил У Вэйшень. Потом она медленно поднесла палец к губам и плотоядно улыбнулась, вмиг теряя флер утонченной красоты.
– Вам не нужно расписываться кровью или приносить клятву. Ступив на путь испытаний, вы либо достойно пройдете их и в награду получите сокровище, либо останетесь в Лунном городе навсегда. Мои прелестные питомцы будут рады полакомиться вашей вкусной энергией.
Под водой сгустились тени, и на поверхности показались десятки змеиных хвостов. Я отшатнулся, вспоминая мерзких тварей с присосками.
– Шицзыны, – с отвращением сказал У Вэйшень и повернулся к градоначальнику. – Что еще ты притащил сюда, безмозглая гадюка?
– Это не мои творения, генерал. – Шуй Сяолун развел руками. – Я не трогаю их территорию, а они – мою. Так существуют все Бесплотные города. Градоначальники служат инструментом для их существования и удержания в рамках приличия. Они вечно голодные и давно сожрали бы все живое без нас.
Пока они спорили, девушка безразлично развернулась и направилась прочь от берега. Лис схватила за рукав У Вэйшеня и потянула за собой.
– Вэй-вэй, хватит спорить, наша дамочка уходит.
Я вскочил с подушек и поспешил за Шеолом, ожидающим меня у кромки воды. Он сделал первый шаг, безмолвно показывая, как поверхность становится упругой под его ногами. Она податливо изгибалась, но спокойно удерживала вес жнеца.
– Шеольчик, если вы не поторопитесь, то мы с Вэй-вэюшкой уйдем без вас, и о наших героических жертвах будет помнить лишь хладнокровная рыбешка. Выпьешь за меня бутылочку вина, а, Шеолушка?
– Ты смеешь глумиться над господином Шеолом? – рявкнул У Вэйшень так, что невольно захотелось втянуть голову в плечи и стать незаметнее.
– Зануда небесная. – Лис показала ему язык и упрямо зашагала вперед.
Шеол, не обращая внимания на их перепалку, оставался неподвижным. Я глубоко вздохнул, унимая волнение, и, зажмурившись, ступил на воду, опасаясь, что провалюсь вниз. Но вместо этого ощутил, как мягкая, но в то же время натянутая поверхность слегка прогнулась под тяжестью моего тела, а затем осторожно вытолкнула обратно. Через несколько шагов мне удалось подстроиться под колебания воды и продолжить путь уже более уверенно. Волны легкой дрожью расходились из-под моих ног, сияя в свете луны, точно трещинки на зеркальной глади.
Позади нас раздались всплески и крики. Не удержавшись, я бросил взгляд на руины и увидел Шуй Сяолуна в окружении русалок. Они сидели на полускрытых в воде каменных выступах, опустив переливающиеся хвосты в воду, и махали руками.
– Шуйши, мы будем тебя ждать.
– Шуйши, возвращайся и солнечного красавчика захвати.
Опять они за свое. Я покосился на Шеола и с показным равнодушием спросил:
– Шуйши?
Жнец понял, что ему не избежать моих расспросов, и, явно подбирая слова, неохотно ответил:
– Однажды пришлось успокаивать водного змея, заплывшего в лагуну. Духовная сила на него не действовала, разбиваясь о барьер, поэтому я читал ему стихотворения, одновременно укачивая волнами. После этого они стали называть меня водным поэтом.
– Ты большой врунишка, Шеоляньчик, – обернулась к нам Лис и погрозила пальцем. – А как же праздник Трилунья[110]?
– И что было на празднике? – От язвительных нот, промелькнувших в голосе, мне захотелось прикусить себе язык.
Лис, обрадованная возможностью рассказать о неприглядных событиях в жизни Верховного Жнеца, отпихнула генерала и полностью развернулась к нам, продолжая идти спиной вперед.
– Наш Шеольчик напился лунного вина с русалочкой и зачитал какой-то там сборник стихов наизусть. Что-то там про встречу под дождем, хризантемы и прочую чушь. Видел бы ты, как разомлели эти плоские рыбешки от его речей. Мы с Сяо-сяо еле отцепили их от него. Потом Шеоляньчик неделю вонял рыбой, а жнецы шарахались от него как от пятнистого милодоргуса[111].
Нахмуренные брови и недовольно поджатые губы Шеола красноречиво говорили, что он предпочел бы не вспоминать ту историю. Мою же необузданную фантазию унесло в воспоминания о вечеринках, устраиваемых отпрысками самых влиятельных семей Экнора. Я был готов расхохотаться от абсурдности своих мыслей. Представить Шеола, проводящего время подобно им, даже звучало как лихорадочный бред.
– Что ж, – я пожал плечами, – во дворце мы часто устраивали балы и втайне напивались с Ами и Норманом, таская вино из королевских погребов.
Лис оживленно закивала головой, будто подтверждая, что она тоже так делала.
– Спорю на свой хвост, что все экнорианские красотки были в восторге от общества обворожительного второго принца, а твой брат гневно наблюдал за вашим весельем. Так и представляю эти танцы в свете канделябров с краснеющими от смущения девами и нашим блондинчиком, который беззастенчиво пользовался их наивностью. И обязательно в конце вечера тебя должен был отчитать старший брат за безнравственное поведение.
