Читаем Код Адольфа Гитлера. Финал онлайн бесплатно
– Не более двух суток, мой фюрер! – ответил Монке и, наблюдая молчаливую реакцию Гитлера на свои слова, стал пояснять: – Русские достигли Вильгельмштрассе, они в туннелях метро под Фридрихштрассе, даже добрались до Фоссштрассе. Большая часть Тиргартена в их руках, и они ведут бои на Потсдамерплатц, в трехстах метрах от бункера. Три танка Т-34 совершили попытку прорыва на Вильгельмштрассе, но с помощью фаустпатронов солдаты подбили их. Пока нам удаётся сдерживать натиск русских.
– Знаете, Монке, – сказал Гитлер, – западные демократии в упадке. Их сметут эти дрессированные народы Востока. Ступайте! Всего доброго, я благодарю вас. Мы сражались не только ради Германии!
Отдав завуалированное распоряжение Мюллеру действовать и, получив из уст генерала СС шокирующие вести о скором захвате бункера, Гитлер услышал негромкий стук в дверь. Так стучать могла только одна женщина. Ханна Райч. С разрешения хозяина открывая дверь в кабинет, отважная лётчица пришла к фюреру, чтобы попрощаться навсегда. Прямого приказа пока не было, но она надеялась, что фюрер в последний момент одумается и вместе с ней покинет полыхающий в огне пожарищ Берлин. Он долго жал ей руку, его взгляд утопал в её глазах, но потом фюрер заботливо усадил её на софу и присел рядом.
Он всегда восхищался её лётным мастерством, пилотажем высокого класса. В его власти было доверить свою жизнь в опытные руки лётчицы, но она была знаменита, а значит, заметна, в силу этих причин почувствовав боязнь разоблачения, он не стал рисковать, а хотел оставить бункер незамеченным и живым. Такого шанса лётчица ему дать не могла, план бегства необходимо было сохранить в тайне, несмотря на то что вчера Гитлер намеренно проговорился ей об этом. Ханна правильно поняла действия фюрера, вчера она имела возможность по достоинству оценить его мотивы и услышать, о чём он при этом думает. Когда вмешиваются во внутренний мир личности так, как это сделала она, то для Гитлера стало актуально необходимым высказывание абсолютно не соответствующих истине утверждений. Ложь для фюрера, которому не были присущи черты, свойственные самоубийцам, явилась необходимым орудием самообороны против любопытства Ханны.
– Я прошу разрешить остаться с вами в бункере, – произнесла Райч.
– Зачем? – удивлённый Гитлер поднял голову, глядя прямо в лицо Ханне.
– Хочу разделить вашу судьбу! – говоря так, лётчица явно хотела выудить у него подробности ухода из бункера, но он внешне остался непроницаем. Вчерашний вечер не должен был повториться.
– Нет, – огорчённо покачал головой фюрер. Если Гитлер заявляет, что намерен что-то сделать, именно это он и не сделает. Такое бездействие фюрера вызывало у Ханны резонные подозрения. Чего хочется, тому верится. Добавка лжи только увеличивала его удовольствие водить людей за нос. Да и его мысли, как замечала Ханна, были далеки от слов. – Увы, милая Ханна, настоящее трагично, а будущее неясно. Вы сами должны понимать это. Я человек притягательной идеи и целого мировоззрения. Каждое мировоззрение борется за то, чтобы провести собственные идеи, но наша нация оказалась слабой для такой миссии. Здесь я должен завершить свою земную карьеру, а вам и фон Грейму приказываю незамедлительно покинуть Берлин! Такая возможность у вас имеется, я был приятно удивлён, когда мне доложили, что одинокий самолёт прорвался в эту ночь в Берлин и сел с высоты 13 тысяч футов на широкий проспект. Для безопасности передвижения – вашего, фон Грейма и лётчиков – я выделяю бронетранспортёр. Он доставит всех к Бранденбургским воротам, где вас ожидают замаскированные самолёты. Несмотря на град пуль и снарядов, вы подниметесь в воздух и выскользнете из зоны обстрела, беря курс на север. Я убеждён, вы прорвётесь из берлинского котла. Я всегда ценил вас как лётчицу, – на глазах Гитлера выступили слёзы, – а теперь убедился, что вы и очень преданный человек. Эх, если бы все генералы были такими, как вы! Я предлагаю верить моим словам, Ханна. Всё, прощайте.
Встав с места, Гитлер слегка коснулся рукой плеча Ханны и пошёл в апартаменты Геббельсов шаркающей походкой. С собой он Райч не пригласил. Наблюдая спину удаляющегося фюрера, Ханна заплакала. От счастья, что он будет жить. Долго.
Борман мог быть доволен. Фюрер подписал свои завещания, тем самым признав его заслуги перед партией и перед рейхом. Но это было ещё не всё. Рейхсляйтер боялся, что посаженный под арест Геринг может вырваться из рук охранявших его эсэсовцев и взять в свои руки всю полноту власти в рейхе. На этот случай он, ловко используя умонастроения фюрера, решил подстраховаться. Первое, что сделал он, когда обдумал сложившееся положение дел – это вызвал связиста Миша. Борман прошёлся перед ним, когда он закрыл за собой дверь, взглянул на портрет фюрера на стене. Потом снова повернулся лицом к Мишу.
– Вот что, Рохус! – сказал Борман. – Сегодня вы должны отправить в Берхтесгаден срочную телеграмму.
Встав, Борман с заложенными за спину руками обошёл стол и приблизился к замершему связисту с бланком в руках.
