Читаем Код Адольфа Гитлера. Финал онлайн бесплатно
– Вам лучше знать, группенфюрер, что нужно сделать! – вытянувшись перед шефом в струнку, ответил Стрелитц. – Мы ваши подчинённые. Вам как начальнику виднее. Мы связаны с фюрером присягой, мы выполним любой ваш приказ.
– Я выполню то, группенфюрер, что вы прикажете. Я это сделаю легко. Мы вернёмся сюда, когда отобьём гестапо у русских и я снова окажусь подле вас, чтобы беспрекословно служить возрождению рейха из пепла! – добавил Зигфрид. Он и сам не ожидал, что способен произносить такие слова.
– Я всегда относился к вам с уважением и полным доверием! – удовлетворенно сказал Мюллер. – И в текущий момент я лишний раз в этом убедился. Меня всего, без всякого преувеличения, переполняет чувство гордости за вас! Преданность делу, ребята, надо иметь не только на словах, но и в сердце. Только так мы справимся с трудностями, с которыми столкнулась в последнее время Германия. Что такое фашизм, друзья? Фашизм, как ни крути, и есть наша повседневная жизнь. Поэтому, если вы это подзабыли, я вынужден напомнить об этом. И в это памятное утро я вызвал вас сюда не ради красивых слов, а ради претворения в реальность наших планов. Теперь у нас начнётся другая жизнь! И, по мере того как время идёт, от вас потребуется проявить выдержку как солдатам фюрера и вывести Клауса из игры. Я знаю, он стал дорог вам, как товарищ по борьбе, но жизнь продиктовала нам свой вердикт, и ему пора отправиться к тем солдатам, что полегли за наше правое дело на полях Европы. Фюрер не желает, чтобы он живым попал к русским и выдал им мои секреты. Кстати, дружище, – Мюллер обратился к Оскару, – как там поживает ваш врач?
Задав вопрос, Мюллер, однако, не стал ждать ответа, а отойдя к столу, взял телефонную трубку, пальцем крутанул диск и, дождавшись отзыва дежурного, строгим голосом произнёс:
– В камеру Клауса пришлите врача! Ясно? Выполнять! – Положив трубку на рычаг, добавил: – Вот и всё, что я могу сказать. Ждите меня в гардеробной!
Приказ был встречен с пониманием. Стрелитц и Зигфрид послушно удалились из кабинета. Мюллер не так он представлял свой уход из этих стен, в последний раз обвёл печальным взглядом свой кабинет, в последний раз, – с годами выработал в себе эту привычку, – покормил рыбок в аквариуме и, надев на голову фуражку, вышел навстречу своей судьбе. Покидая кабинет, он знал, что ему необходимо было не ждать рокового приговора из уст победителей, а решительными действиями завоевать её благосклонность.
…Клаус услышал звон ключей в связке, приближающиеся шаги. «Что-то случилось!» – мелькнула мысль. О нём вспомнили. Он даже знал, кто. Несколько минут спустя на пороге оказался силуэт человека в мундире. Не поднимая головы, сидевший на стуле Клаус замер на месте. Так рано к нему ещё не приходили. Он не обманулся. Зигфрид. Эсэсовец посмотрел на него, со зловещей улыбкой погладил в кармане чёрную ручку пистолета и проговорил: Я вижу, вы отлично выглядите, герр Силипп! Это упрощает нашу задачу. Вы, Клаус, способны оказать фюреру большие услуги при настоящих условиях. Он ценит вас и никогда не забудет ваших стараний. И вот…
Но Зигфрид не договорил, а встал, как вкопанный, и замолчал. На пороге появились Мюллер с чемоданчиком в руках и Стрелитц.
– Доброе утро, герр Силипп! – произнёс Мюллер и положил чемоданчик на стол.
– Доброе утро, герр Мюллер! – ответил Клаус.
– Вы чем-то напуганы, Клаус? – увидев, как осунулось лицо двойника, спросил Мюллер.
– Да, герр Мюллер! Ваша тюрьма – место, где нет надежды. Вы твердите, что надо ждать, – обиженно заговорил Клаус, – но вам хорошо известно, что Берлин фактически в руках русских, а меня эвакуировать в безопасное место вы не торопитесь.
Стрелитц усмехнулся себе под нос, про себя поражаясь наивности говорящего, а Зигфрид продолжал стоять вблизи от Клауса и не спускал глаз с его физиономии. Мюллер, наблюдая такую картину, коротко рассмеялся – снисходительность в его голосе граничила с сожалением.
– Звучит, слов нет, убедительно. Помнится, прежде ты, Клаус, не был таким, но я обязан отдать должное, похвально само твоё стремление заглянуть в берлинский ад и понять смысл того, что увидел. Ты можешь говорить всё, что тебе, Клаус, придёт в голову. Ты – особенный. Наружностью вылитый фюрер. Да, я признаю то, что мне хорошо известно о скором падении Берлина в руки вражеских солдат. Германия в полосе неудач. Я не скрывал это от тебя, раз ты сам так рассуждаешь. И что с того? Как получается, так и живём! Жизнь – сложная штука. И стоит ли в твоём теперешнем положении жалеть жизнь и жаловаться на то, что она к тебе несправедлива, если для тебя, Клаус, она обращается в невыносимую пытку. Истина, и правда, не всем сразу даётся. Не лучше ли умереть с миром, чем жить в конфликте с самим собой?
С этим вопросом Мюллер присел на соседний стул. Вынул из кармана плаща пачку, вытряхнул оттуда сигарету и щёлкнул зажигалкой. Глядя на Клауса прищуренными глазами, выпустил дым через ноздри.
