Читаем Грешник онлайн бесплатно
– Но ты должна понимать, с кем имеешь дело. Если этот уголовник, Ямадаев, прознает, зачем ты на самом деле в тюрьме… Если догадается, кто тебя направил… – Он наклонился так, что я почувствовала запах его дорогого одеколона и злости, что вечно исходила из каждой его поры. – А уж тем более если поймет, чья ты жена… Он избавится от тебя, Лина. Ты перестанешь быть для него человеком. И станешь для него мишенью, которую следует устранить.
С этими тяжёлыми мыслями я добралась до работы в свой первый выходной после бунта. Воздух в учреждении был густым от подавленного напряжения. Взгляды конвоиров – настороженными. Но рутина, как ржавая шестерёнка, уже начинала скрипеть, затягивая всё обратно в привычную колею.
И оказалось, что Зейд уже ждал меня в медблоке. Он стоял, прислонившись к стойке с лекарствами, о чём-то разговаривая с Зариной. И от этого обыденного зрелища внутри неприятно потянуло.
Они находились слишком близко друг к другу. Расстояние между ними казалось интимным, нарушающим все личные границы. На таком расстоянии любовники договариваются о встрече или обмениваются порочными диалогами.
Зарина запрокинула голову, смеясь над его словами, и её пальцы коснулись его предплечья в небрежном жесте. Он не отстранился. Наоборот, с улыбкой наклонился чуть ниже, заглядывая девушке в глаза.
Ревность резала мои внутренности на части, словно секира.
Они составляли гармоничную пару. Молоденькая, яркая девушка, вся – навязчивый гламур и доступная чувственность. И он – дикий, тёмный, опасный зверь. Молодые. Красивые. В своём уютном мире, где я тут же ощутила себя лишней.
Внезапно до меня окончательно дошло – его флирт, эти обжигающие взгляды, шёпот его низким, царапающим сердце голосом – всё это лишь выверенная, стратегически спланированная акция.
На самом деле все его «карамельки» и намёки ни о чём не говорили. Он просто забавлялся, должно быть ставя заточки на стене – через какое время падёт мой бастион. А истинный его интерес стоял прямо здесь, в белом халатике, с алыми ногтями.
Я буквально кожей ощутила свою правоту. И от этого стало не больно, а пусто. И горько. И стыдно за ту дуру, что на секунду позволила себе помечтать.
Не знаю, сколько бы я ещё топталась на пороге, если бы за спиной не появился Игорёк. Посматривая на меня с некоторой смесью недовольства и упрёка.
– Рады вашему возвращению, Василина Витальевна, – всё же улыбнулся парнишка. – Тут у одного обострение. То ли аллергия, то ли шизофрения.
Я застыла, словно застигнутая на месте преступления, когда взгляд Зейда переместился с Зарины на меня. А затем, точно холодное лезвие, полоснул по не до конца зажившей ране на моей щеке. В его глазах зажглось одновременно что-то чёрное, злое и колючее.
– Василина Витальевна, – голос Зарины прозвучал сладко и фальшиво. – Мы вас заждались. Зейд Якубович пришёл на перевязку. Но я почти всё сделала.
«Почти» означало, что она лишь прикоснулась к краю бинта, чтобы растянуть момент, но тут их уединение было нарушено. Я кивнула, не в силах вымолвить слово, и прошла к своему столу, снимая пальто и накидывая на плечи врачебный халат. Спиной чувствовала их взгляды, но старалась не разбираться в их значениях.
– Спасибо, Зарина, я справлюсь, – наконец выдавила я, натягивая перчатки. – Посмотри, пожалуйста, что с прибывшим пациентом.
На самом деле меньше всего сейчас мне хотелось бы контактировать с Ямадаевым. Но я точно знала, что, если начну его избегать, он воспримет это как подтверждение своей догадки. О моей личности.
Зарина надула губки, но, бросив взгляд на Зейда, который так и не отвёл от меня глаз, нехотя поплелась к соседней койке, на которой уже сидел новый «больной». Мне не нужно было его осматривать, чтобы догадаться, что он просто решил разбавить свои будни прогулкой по тюрьме.
– Подходите, – сказала я, указывая на кушетку.
Он медленно подошёл, сел. Молчал, пока я разматывала старый бинт. Рана на плече заживала хорошо, воспаления не было. Мои руки работали автоматически, чисто, быстро. Я не смотрела ему в лицо.
– Кто? – тихо спросил он. Одно слово, но в нём было столько густой, сконцентрированной угрозы, что я вздрогнула.
Быстрый взмах ресницами на него и обратно к ране. Щёки от его горячего взгляда тут же воспламенились. Как жопа грешника в церкви.
Судорожно размышляя над ответом, я лениво спустила вниз водолазку, открывая тёмно-багровый засос на шее.
– Любовник, – сказала я ровным голосом. – Переусердствовал. БДСМ – это вам не шутки. Удовольствие требует жертв, разве не так?
Зейд
Её ответ прозвучал как оплеуха. Откровенно, с налётом цинизма.
«Любовник. Переусердствовал. БДСМ – это вам не шутки», – мысленно передразнил.
Я почувствовал, как скулы свело. Словесная пощёчина докторши отдавала фантомной болью по самолюбию.
Я сжимал пальцы в кулак с такой силой, что костяшки побелели, резко очертив структуру кости. Мышцы плеч и спины напряглись до каменной твёрдости.
Мне хотелось ударить. Не её, конечно.
