Читаем Горбатый Эльф онлайн бесплатно
Пятый высоко вознес нож над жертвой, и замер в этой величественной позе. Овца забилась, но под цветами ее ноги были надежно связаны веревками…
«Да где же Второй, давно пора это остановить» – в отчаянье думал эльф, мысленно рыская по внутренним помещениям собора. Он обнаружил Второго запертым в ризнице.
…Семнадцатый и Двадцать восьмой, помогавшие старцу облачиться в белоснежные, шитые серебром одежды, в смятении прижались к стене. Второй занес над головой скамейку и что есть силы шарахнул ею по двери. Дверь не поддалась.
– Умоляю вас, пожалейте себя! Даже если вы выбьете замок, в коридоре стоит охрана, им приказано не выпускать вас отсюда до окончания службы.
– Так вы знали?!
– Да, ваше благочестие. Это приказ самого Совершенного.
– Не мешайте мне. Если сейчас не остановить непотребство, произойдет страшная беда, – Второй снова занес скамейку для удара, но две пары сильных рук обхватили его и перенесли в кресло. Очень быстро и деликатно жрецы примотали шелковой лентой руки Второго к подлокотникам, а плечи – к спинке.
– Отпустите меня, вы даже не понимаете, какое зло вы сейчас творите!
– Ваше благочестие, мы освободим вас, как только закончится служба. Мы готовы принять любое наказание, которое вы нам назначите, но мы не можем нарушить приказ Совершенного.
Второй рванулся, пытаясь порвать путы, но ленты были прочными, а кресло – тяжелым. Немного посидев с закрытыми глазами, старец поднял голову и тихо попросил своих тюремщиков:
– Если у вас осталась вера – молитесь о спасении. Я стар и слаб, Единый не слышит меня.
…Хогга, Хогга, Хогга! – самозабвенный стон бился в стены собора, и шар летал над толпой. Одна из цепей сорвалась с крюка и моталась отдельно, с лязгом обвивая три остальные.
Жрец вонзил нож в овцу. Ему никогда не приходилось забивать скот, и удар получился неверным. Животное задергалось, кровь брызнула на белое одеяние Пятого. Где у чертовой твари сердце? Жрец всем телом навалился на овцу и перерезал ей горло.
Шар сорвался и покатился сквозь толпу, оставляя за собой дорожку изувеченных тел. Люди, давя друг друга, рванулись к выходу, пронзительный крик заметался по храму. Шар врезался в стену, по ней зазмеилась широкая трещина, посыпались обломки потолка…
– Нет, этого точно не будет, – сказал эльф и исчез, заставив служку, старательно начищавшего ажурную решетку, трижды осенить себя святым кругом.
***
В первый, еще по-летнему душный вечер осени герцог Ильмарский сидел перед пылающим камином, с головой завернувшись в соболий плащ. Позавчера его скрутил особенно злостный приступ радикулита, любое движение вызывало кинжальную боль в пояснице, и он не ел уже два дня. В подвалах Высокого Замка хранилась бесценная сокровищница редких вин, а о еде всегда заботился эльф. Мальчишку-предателя герцог выгнал, и не особо жалел об этом – корзинку с припасами на пару дней он и сам мог донести. Не пускал он смердов в Высокий Замок, хранилище тайных знаний, колыбель величайших открытий.
С горькой усмешкой Готфрид сотворил на ладони заклятие поиска и пустил его рыскать по замку. Клубочек света исправно юркал среди реторт, весело подпрыгивал над найденным – пропылившейся хлебной крошкой или засохшими брызгами жира на вертеле – и в конце концов сгинул в недопитом кубке вина.
Туда ему и дорога – не может отличить вино, веселящее душу от питающей плоть пищи. Вино не насыщало Готфрида: вроде бы поначалу отвлечет от голода, а потом еще хуже становится. Колдовские кушанья, прекрасные видом, вкусом и запахом, были еще бесполезней: иллюзия только разжигала аппетит.
Надо бы договориться с дворецким об условном знаке: воссияет пучок молний, а лучше его собственный лик над вершиной скалы – значит, господин призывает его в Высокий Замок. Но тогда придется рассекретить вход, и пойдет-поедет – то одно смердам понадобится, то другое. Исцелите сына, господин, выдайте слугам провизию, господин…
Из бездонной глубины его памяти всплыло воспоминание – яркая, как будто и не прошло сотни с лишним лет, картинка: маленький Готфрид на кровати умирающего отца. Он не знал, что отца не станет через несколько дней, и веселился. Закутался с головой в беличий плащ – была зима, и отец мерз – и хвастался: «это мой домик, мой собственный замок!» Отец вытащил его из-под плаща и поставил на краю кровати. «Смотри – все, что ты видишь вокруг – твой собственный замок, теперь ты будешь его хозяином». «Нет, это не мой, а общий замок. В нем живешь ты, мама, сестры, и еще куча слуг, и все мной командуют. Мой – это когда я один им владею, и больше никто не смеет по нему ходить».
Что ж, он воплотил свою мечту – его замок велик, и принадлежит только ему. И некому кусок хлеба подать…
– Эльф! – возопил несчастный колдун в порыве беспричинной надежды.
– Что будет угодно вашей светлости?
Вот же он – рыжий, наглый, будто не пропадал.
– Я ведь запретил тебе переступать порог моего замка.
– Сами же позвали. Могу удалиться.
– Сначала раздобудь еды.
– В Нижнем Замке как раз потушили трех гусей с яблоками. Пахнут – просто восторг.
– Принеси одного. И хлеба. И фруктов. Ну, что ты до сих пор тут торчишь?
