Читаем Гёрлхуд онлайн бесплатно
(Лихо преподавал закон ужаса – науку про общество, кодексы и порядки мира страха, поэтому некоторые его слова звучали для меня, как зажёванный белый шум).
– Это наказывается исправительными работами в течение года и, или отстранением от занятий до экзаменов, а также отмену самих выпускных квалификационных мероприятий.
– Это мы всё ещё про то, что Аида покусала пацанов за училищем? – уточнила Ряба.
– Эй! – возмутилась Аида. Не стоило напоминать Лиху о настоящих нарушениях.
– Вопиющий акт каннибализма я хотел бы обсудить позже, – он успокаивающе поднял руку ладонью вверх. В приглушённом утреннем свете она напомнила клешню. – А также мусор, оставленный на территориях, принадлежащих училищу... Которые, собственно, вам предстоит убирать следующие полгода.
Лихо очень радостно улыбнулся, но я только лишь пожала плечами. Мусор не так противен, как отчисление. Не увидев сопротивления, завуч совсем померк.
– Вам повезло, что Смерть гостил в Страхе-на-Дону и успел подлатать своих сыновей.
Мора едва слышно вздохнула. Мы переглянулись с Рябой – значит, парней всё-таки спасли. Не то что бы я обрадовалась тому, что страхбольщики-задиры вернутся в столовую кошмарить младших, но дружить с настоящей убийцей мне точно не хотелось. Быть страшной можно по-всякому – но не до смерти точно.
Ряба подняла одну ужасающую распечатку и обратила наше внимание на то, что это не фрагмент криминалистики, а просто-напросто селфи. Метель, не упустив шанса запечатлеть контраст, сфотографировал свою разодранную грудь и побелевшее от кровопролития лицо.
– Они же тут в сознании? Сами пришли в медпункт, получается?
Лихо кивнул.
– Тогда кто и зачем вырубил их и притащил в актовый зал, чтобы пристыдить... эм... отобедавшую? Разве личная жизнь учеников может вот так запросто обсуждаться на уровне училища? Это как-то некрасиво.
Лихо позеленел, а потом побледнел. Ужа охнула, я – не удержалась, каюсь – сдавленно хихикнула в кулак. Ряба превосходила завуча в интеллектуальных способностях, но Аида осторожно пошатнула её рукой в плечо, кое-как дотянувшись, будто предостерегла.
Похоже, такова линия защиты: уповать на то, что для Аиды уединение с тремя парнями у костра вариант нормы, но ей не особо понравилась такая придумка на ходу. Я уже понимала, что Аида съела от каждого по кусочку и не видела в этом ничего зазорного, потому что в степи трупам вряд ли вели счёт. И то, что Смерть их подлатал и поставил на ноги – отягчающее последствие для неё.
Пока Ряба и Лихо спорили, я достала телефон и наспех настрочила ей в чате сообщение:
Её ответ не оставил себя долго ждать:
Паузы тишины заполнили яростные постукивания ногтей по экрану. Мой телефон грозился вот-вот отключиться, но последний процент ещё тянул происходящее с достоинством.
Я спорила:
Не постеснявшись внимания к себе, я застучала по телефону, что есть силы:
Она меня добила.
– Мы тебе не мешаем, Хватова? – строго спросил он.
– Я Арахнова, – недовольно буркнула я и нырнула обратно в кресло, сложив руки на груди.
– Не столь важно... – бросил он и вернулся к подписи наказывающего распоряжения. Ну конечно, моя личность была стёрта появлением Аиды, и все заслуги обнулились, когда совершила оплошность. Нить нашей связи чернела с каждым днём, и виновата в этом была лишь та, которая темноту в себе носила с рождения.
– Каждое утро инвентарь будете получать в шесть-тридцать утра у охранника. За мётлы отвечаете головой.
– А Времлада Хронотоповна эту идею одобрила? Можно с ней поговорить?
– Арахнова, – уже строже осадили меня. – Приговор вынесен и обжалованию не подлежит. Проветритесь с утра и будете чтить устав чуть больше, чем сейчас. Можете быть свободны... пока что.
Вдруг вздрогнув от холодка по шее, я обернулась.
Кабинет стоял неизменный, но пол у тайной двери потемнел, будто впитал в себя кровь. Извилистый след напомнил мне тварь, которую мы вот-вот прогнали ночью.
Сама дверь манила меня, я всё никак не могла перестать её замечать. Знание, где она спрятана, чесалось во мне, как будто под поклеенными наспех обоями завелись клопы. Я не знала о них, но теперь все они выползали ночами и кусали, кусали кучно и по многу. Кожа опухала волдырями, схожими на укусы комаров, но клопы кусали целыми дорожками – они шли и шли по рукам и ногам и кусали подряд, по пути, съедали от макушки до пят (и даже не гнушались покусать лицо).
Ближайшие пару недель мне придётся быть рядом со всеми девчонками, совершенно случайно оказавшимися на пути голода Аиды вместе со мной, и это одновременно раздражало и радовало.
