Читаем Европад онлайн бесплатно
В турфирме ей поначалу сказали, что на ближайшие недели все зарезервировано, но уже через полчаса позвонили, место нашлось.
Эля решила, что нарядами загружать чемодан не будет, не до того, не тот настрой, а вот новомодную видеокамеру прихватила. Надумала вести походный дневник. «Это удобнее, чем любой ноутбук. Снимаешь красоты, текст наговариваешь. Может, пригодится».
«До чего удобная штука — цифровая видеокамера! Снимай хоть все подряд. Никаких проблем ни с аккумулятором, ни с кассетами. Того и другого — выше головы. Сделаю фильм о поездке в Ниццу и Канны, потом наснимаю копий на студии, — надо же хоть какой-то прок от работы иметь! — отправлю родным и друзьям. А то все уже разобиделись на мое молчание».
После исчезновения Алекса Эля как-то острее почувствовала хрупкость жизни. И собственной, и близких людей. Тут еще дядя Рафаил в Чикаго умер. Пришел домой с работы, пристроился баскетбол смотреть, разволновался, и, когда жена вошла в комнату, его уже на земле не было. «И это дядя Рафик. Весельчак, балагур и любитель женщин! Казалось бы, какая разница, кто победит: Чикаго или Нью-Йорк? Не поймешь этих мужчин. Так и не узнал, бедняга, что его любимые буйволы одолели, хотя сначала крупно проигрывали».
«Итак, начинаю репортаж! Reisebilder (Путевые зарисовки).
С молодых лет для меня было три полюса недоступности: Нью-Йорк, Эйфелева башня и рулетка в знаменитом казино Монте-Карло. В этом году удалось одолеть последний. На юг Франции собиралась давно, раньше была проездом только в Марселе, дальше не получалось. На сей раз все сошлось. Я вконец устала и от жизни, и от зимы. В этом году она была совсем ненормальная. Раз двадцать выпадал снег, таял и снова шел.
В конце марта выдалась свободная неделя. В последний момент купила тур на семь дней в дешевой и заслуженной фирме «Холидей-райзен».
Такие туры зимой и весной удивительно дешевы, фирмы работают себе в убыток, чтобы занять персонал. Поездка стоит сто восемьдесят девять евро на человека. Сюда входит дорога, шесть ночей и завтраков в отелях, экскурсия по Ницце.
Летом путевка обходится в два раза дороже: много туристов — вот тогда фирма зарабатывает. Ряд дополнительных экскурсий: в Геную, Монте-Карло, Верону — за отдельную плату.
Теперь по порядку. Выезд из центра Берлина был двадцать второго марта в половине седьмого утра. Легла спать пораньше. Пришлось пожертвовать телепередачей. По НТВ у Соловьева был писатель Эдуард Тополь, хотела его послушать, не довелось. Прогноз обещал осадки и холод, три-четыре градуса утром. Но повезло.
Встала в половине пятого. Без десяти шесть вышла из дома. Обошлось без дождя. В шесть была на остановке. Через четыре минуты — по расписанию — подошел автобус, отвез к месту сбора. В шесть двадцать пять я была в нужном месте. Автобус-двухэтажка сразу отправился. У водилы есть список пассажиров, я оказалась последней. Место досталось приличное, внизу, наверно, из резерва. Не люблю на верхотуре ездить. Чуть проблемы с кондиционером — там душно. Раньше внизу старались курильщиков размещать, сейчас с этим покончено, никаких сигарет в салоне. Здорово.
Автобусы удобные, есть служка, который продает чай и кофе, горячие сосиски. Есть туалет, но он не нужен, очень хорошо продумано количество и время остановок. Первая в Лейпциге, через два часа. Обычно это пауза возле заправок, торговых центров или кафе. Можно купить газету, перекусить.
После остановки начался дождь, который преследовал нас до вечера. Дальше маршрут известный. Сначала примерно четыреста пятьдесят километров от Берлина до Нюрнберга, потом мимо Мюнхена, это еще две сотни — и уже Австрия. Лет пять-шесть назад мне довелось так ехать в Рим и Неаполь. Тогда еще Австрия не входила в Шенген, и все, у кого не было немецких паспортов, платили за визы по шестьдесят немецких марок. Грабиловка, да и только! Мы были в стране час туда и час обратно, там перемычка всего километров пятьдесят. За каждые две минуты заплатили по марке. Как свысока на нас поглядывали немцы со своими аусвайсами! Много есть способов показать человеку его второсортность. Паспорт — первый среди них. Почему об этом никогда не говорили в Союзе?
Сейчас такого разбоя нет. Границ тоже. Их просто не замечаешь. Как между Рязанской и Московской областями. Видишь в окно автобуса надписи по-немецки, значит, ФРГ или Австрия, ну а если по-итальянски или по-французски, — то соответственно. Такая привязка к местности.
Возле Инсбрука мы попали в «штау», есть такое красивое немецкое слово. Это не русская пробка, а наводнение на дороге. Как еще назовешь ленту из огромного числа машин? Ее измеряют в километрах. Три километра — пустяки, десять — терпимо, тридцать — хуже, восемьдесят — бывают и такие в июле на границе Франции и Испании — невезуха. Наш водитель попытался объехать проселками, это удалось лишь отчасти, пришлось ползти со всеми. Наконец выбрались и помчались дальше.
