Читаем Эмир. Его одержимость онлайн бесплатно
Дом встречает меня тишиной — густой, вязкой, будто специально затаившейся в ожидании. Она давит на уши, кажется, вот-вот треснет под напором невыраженных слов. Младших дома нет. Недавно сами звонили, говорили, что уехали на несколько дней. Эрен, скорее всего, в прокуратуре, как всегда по горло в делах. Значит, дед один. Один в своём кресле, в своём мире, где судьбы решаются за закрытой дверью и в тишине.
Я не снимаю обувь, не оглядываюсь, иду сразу к нему. Как к приговору. Знаю, он не спит. Таких, как он, не клонит в сон без разрешения на это собственной совести.
Дверь в кабинет приоткрыта — очередной знак, что меня ждали. Захожу, и мои догадки подтверждаются. Он действительно здесь. Сидит за столом, как памятник самому себе. Лишь приподнимает голову, не удивляется. Смотрит внимательно, долго, будто считывает каждую черту моего лица, ищет изъяны. Словно я — не внук, а кандидат на важный пост, и он решает, достойный ли.
Я молча сажусь в кресло напротив. Он откидывается назад, сцепляет руки на животе, скрещивает пальцы. И продолжает смотреть. Словно ждал, что я сам первым что-то скажу. Но молчит. А я — тем более.
Секунды тянутся. И всё это время он словно примеряет меня к какой-то своей внутренней картине. Но что-то, похоже, не стыкуется. Что-то не так. Возможно, во мне самом. В осанке. Во взгляде. В том, как я дышу, или не отвожу глаз. Он поджимает губы. И я уже знаю — разговор будет тяжелым. Без прикрас, без увёрток. Сегодня здесь будут расставлены точки. Или начерчены границы.
— Нет, — отказываюсь резко, как от удара, рефлекторно, на уровне инстинкта. Даже слушать не хочу. — Я не женюсь.
— Но ты должен, — голос деда звучит жёстко, как приговор. — Этот брак укрепит наши позиции. Мы станем влиятельнее, могущественнее. Атаевы не посмеют к тебе приблизиться, ты будешь под защитой сразу двух кланов. За твоей спиной будут стоять Канаевы и Башировы.
Башировы.
Вот оно. Я чувствую, как под кожей закипает сопротивление. Медленно провожу языком по внутренней стороне щеки, чтобы не выругаться вслух. Всё так, выгода очевидна. Тактически — идеальное решение. Один союз и баланс сил меняется в нашу пользу.
Сплошные плюсы, но есть одно «но»: я не смогу полюбить девушку, выбранную мне в жены. Не смогу сделать ее счастливой, а несчастной не захотят видеть ее семья. Выключить чувства? Но разве в человеке есть выключатель, чтобы по требованию включать и выключать эмоции? Если бы была такая возможность, в этом мире многие пары жили бы счастливо, но, увы. Договорные браки — это не про любовь и не про личное счастье. Бывают исключения, но очень редко, чаще всего супруги просто смиряются друг с другом.
Внутри все яростно протестует. Мозг ещё пытается трезво рассуждать, но сердце глухо и упрямо тянет в другую сторону. Даже не увиливаю от очевидного. Я люблю Ранию. И сейчас вспоминаю ее глубокие глаза, полные надежды. Уверен, она, как и я будет сопротивляться навязанному браку. Я не могу ее предать.
— Я не могу жениться на дочери Башировых, — выдыхаю глухо, по слогам, чувствуя, как тяжелеет в груди.
— Назови мне одну вескую причину, почему ты не можешь, — дед подаётся вперёд, и его взгляд становится не просто внимательным, а хищным. Он сверлит меня насквозь, как будто ищет слабину. От этого взгляда по позвоночнику пробегают мурашки. В воздухе появляется ощущение напряжения.
Причина? Одна? У меня их тысяча. Но разве я могу произнести хоть одну? Если скажу "потому что люблю другую" — дед только усмехнётся. Если скажу "потому что не хочу быть пешкой" — он напомнит, что вся наша жизнь — это шахматная партия, и либо ты играешь, либо тебя съедают. Но больше всего меня бесит то, что он уверен, будто имеет право решать за меня. Что моя жизнь — его инструмент. Я сжимаю кулаки на коленях, чтобы не сорваться. И всё же отвечаю. Глухо. Твёрдо. Без лишних слов:
— Потому что я уже выбрал.
И в эту секунду между нами повисает ледяная тишина. Та самая, в которой решается, стану ли я врагом своей семьи или предателем самого себя. Сказать, что мне не страшно открываться — соврать. Я до чертиков боюсь последствий, но сидеть в кустах и ждать у моря погоды — это не про меня. Я буду бороться до последнего за свое право на счастье, буду кусаться, царапаться, выгрызать шанс на нашу любовь с Ранией. Пусть весь мир против нас, но пока мы любим, пока держимся друг за друга, выстоим против всех, будь то ее иль моя семья.
— Уверен, выбранная тобой девушка достойна войти в нашу семью, — голос деда звучит вкрадчиво и ласково, но эта мягкость обманчива.
Я знаю, что на самом деле он недоволен, что новости его не радуют, но он не показывает эмоций, тщательно контролирует себя. У него железная выдержка — этому я у него только учусь. Самое сильное в этом — Эрен, он точно копирует поведение деда. Мне же порой не хватает терпения и хладнокровия.
— Из какой она семьи? — спрашивает он спокойно, но в его взгляде ожидание и неподдельный интерес.
