Читаем Эмир. Его одержимость онлайн бесплатно
Я моргаю. Сердце сбивается с ритма, но не от его появления — от её интонации. Она не шутит. Вид подруги подсказывает мне, что ситуация серьезная.
— Что ты несёшь?
Лина не отвечает. Она медленно поворачивает телефон экраном ко мне. Её руки чуть дрожат. Я опускаю глаза на ее мобильник, читаю статью и не сразу понимаю, что именно читаю. Потом еще раз. Новость. Фото. Заголовок. Имя. Фамилия. И в одно мгновение весь мой мир рушится.
Моё дыхание сбивается и теряется на полпути выдоха. Пальцы моментально холодею, удушающий комок подступает к горлу. Я читаю это имя снова и снова, не веря глазам. В голове гул, как после взрыва. Бесформенный гул боли, ужаса, недоверия. У него фамилия… их фамилия. Фамилия, которую в моём доме произносили только со злобой. Фамилия, за которой кровь. Фамилия, которая проклятие.
Медленно поднимаю глаза. Он стоит всего в нескольких шагах. Мой Кемаль. Мой… Эмир?
Выглядит уверенным и спокойным. Не просто спокойствием мужчины, знающего себе цену, а спокойствием хищника, который чувствует запах крови и знает: его не остановить. Он не спешит, не суетится — ему незачем. Весь мир играет по его правилам.
Он улыбается мягко, почти ласково, той самой улыбкой, от которой у меня подкашиваются колени. Но теперь мне кажется, что это не улыбка вовсе, а хищный оскал. Уверенность в глазах — та же, но в ней я будто нет было нежности. Только огоньки, похожие на злорадство. На торжество.
К этому мужчине я задыхалась от желания. Этим именем я шептала свои чувства в темноте. К нему я прижималась, как к спасению. Он для меня все и даже больше. Он тот, который заставляет меня дышать, жить…
А теперь он — враг. Враг моей семьи. Враг моего мира.
И самое страшное — я не хочу от него отказываться. Не могу.
Знакомство с подругой прошло на удивление гладко. Лина, собравшись в долю секунды, с тем самым хладнокровием, которое ей ещё пригодится в операционной, моментально включила обаяние. Эмир — или всё же Кемаль? — вежливо и безукоризненно отвечал, был обаятелен, внимателен. Очарован, но не ослеплён. И слава богу. Или нет?
Наверное, было бы проще, если бы он влюбился в Лину. Мы бы расстались, я бы страдала, страдала, а потом… возможно, забыла. Хотя вряд ли. Потому что первого мужчину не забывают. Особенно если ты отдала ему больше, чем просто тело.
— Всё в порядке? — его голос тихий, будто опасается нарушить хрупкое равновесие молчания. Мы едем в его квартиру. В машине, в тишине, которую только двигатель нарушает, его вопрос, будто эхом ударяет по нервам.
Я вздрагиваю, смотрю на него с испугом, будто только сейчас понимаю, кто рядом со мной. Натягиваю дежурную улыбку, качаю головой. Внутри пусто. В голове — каша из чувств. Говорить? Прямо сейчас? Не могу. Мне нужно время, чтобы собрать себя по кусочкам, чтобы научиться дышать, зная, кто он.
А мечты… Мечты рассыпались, как карточный домик. Знакомить его с братьями? Что ж, отличная шутка. Если их свести в одной комнате, ни один не выйдет целым. Никто из них не станет слушать. Ни Эмир. Ни мои братья. У них в крови слишком много боли, ярости и упрямства. И самое страшное, я понимаю: всё это может начаться из-за меня.
В квартире я сразу скидываю обувь и направляюсь к окну. Обхватываю себя за плечи, словно пытаюсь удержать себя от распада на части. Мне холодно. Не снаружи — внутри. Сердце стянуто тугим узлом, мысли сжаты в плотный клубок. Чувствую, как он стоит за спиной. Молчит. Не подходит. И это его молчание давит сильнее любых слов. От этой тактичности мутит. Как будто он заранее знал, что мне понадобится пространство, и отступил. Правильно. Умно. Холодно. А у меня в голове звучит только один вопрос. Один-единственный, вцепившийся когтями в сознание:
Он знал, кто я такая?
Я резко разворачиваюсь. Его лицо спокойно, слишком спокойно. Он чуть склоняет голову набок, в глазах лёгкая тень непонимания. Или притворства?
— Почему мы никогда не говорим о твоей семье? — голос звучит жёстче, чем я рассчитывала. Я почти шиплю, как раненая кошка. Он прищуривается. Тишина висит между нами с натянутой пружиной.
— Потому что это не имеет значения, — отвечает он, наконец. Тихо. Почти нежно. И эта нежность убивает.
— Для тебя — может, и не имеет, — я резко делаю шаг вперёд, — а для меня теперь имеет. Ты знал. С самого начала. Не ври.
Он не спорит. Только отводит взгляд. Губы сжимаются в тонкую линию. Молчание — это признание.
— Почему ты позволил мне поверить? Просто парень с красивыми глазами и чуткими руками? Почему не сказал мне, с кем я ложусь в постель? — голос срывается, в нём гнев, обида, и, самое страшное, любовь. — Ты разрушил всё!
— Обычная семья, — осторожно отвечает, словно прощупывает почву, пытается понять, чего я злюсь. — Как у всех. Мне особо нечего рассказать. Я старший в семье, у меня еще есть три брата. Родители умерли. Воспитывал дед. Что тебе еще интересно? Финансовое положение? — его смешок действует на меня как красная тряпка на быка. Не зря во мне течет кровь Атаевых. Вспыхнуть можем в одну секунду.
— Эмир… — выдыхаю его имя, и будто прохожу точку невозврата.
