Читаем ДЕНЬ БЛИЗНЕЦОВ онлайн бесплатно
— Сейчас многие предрекают конец света и говорят о темных временах. Я хочу сказать вам, не верьте таким людям. Зло никогда не сможет подняться в полный рост, пока мы противостоим ему. Об этом должен знать Сребрович и ему подобные. Но в первую очередь об этом должны знать вы.
Президент становиться серьезен, в речи слышаться фанфары.
— Вы должны знать, — говорит он, — что Соединенные Штаты никогда и никому не позволят убивать мирных людей. Вы должны знать, что всякий преступник будет сурово покаран нашей рукой, а всякий честный человек может рассчитывать на нашу защиту и покровительство. Вы должны знать…
Вспышки фотоаппаратов беззвучными молниями поджигают воздух. Кондиционеры тихо одобрительно гудят, не забывая затягивать в себя вечернюю жару и плохое настроение. Изредка поскрипывают сидения, очевидно напоминая остальному миру о своем существовании.
Студенты слушают президента почти не переговариваясь, с искренним интересом. Ведь он говорит такие правильные и своевременные вещи…
Даже Зрани аль Братхат с улыбкой ловила слова Китона, хотя и улыбалась скорее всего своим мыслям.
Президент говорил что-то о праве гражданина колумбийских штатов, когда “кобра”, словно бы поправляя бюстгальтер, положила руку за воротник блузки и остро отточенной монетой полоснула маленький черный пакетик. Как и говорил Муху, управится со вторым она бы не успела.
Да этого, собственно, и не требовалось.
Трудно быть министром иностранных дел в стране без внешней политики. Кто-нибудь даже может сказать, что это абсурд.
Я в задумчивости крутил перед глазами свою любимую ручку тусклого голубоватого металла. Очень редко ею пользуюсь, но почти всегда ношу во внутреннем кармане пиджака — на удачу, что ли…
Рассуждать об абсурдности моего положения, конечно, можно. Собственно, этим и занимаются многие газеты, от наших “независимых”, до вполне солидных инглийских и маннских. И кое-что сказанное ими почти правда, а совсем немного — кристальная истина… Редкий случай.
Скифская федеративная республика сейчас в том состоянии, когда она может позволить себе только одно из двух: либо изображать хоть какое-то подобие мировой державы, либо попытаться разобраться со своей экономикой. И то, и другое сразу ей не по карману.
Однако никому не хочется делать выбор, может быть, именно потому, что он очевиден. Всегда опасно выбирать очевидные решения. И вот уже восемь лет мы пытаемся не выбирать ничего, оставляя все как есть и, видимо, надеясь, что проблемы решатся сами по себе.
Не самая плохая позиция, если поразмыслить, только внешней политики все равно нет. И не предвидится.
С самого начала берского конфликта МИД предпринимает отчаянные попытки высказать свое мнение по поводу операции ГДЮ. Мы возражаем и требуем прекращения агрессии, нелегально посылаем добровольцев, оружие и продовольствие, наконец, пытаемся вступать в политическую конфронтацию со странами Союза.
Но я прекрасно знаю, что стоит Колумбии, Манну или Фландии сократить импорт, и СФР окажется в жутком продовольственном кризисе — подстать Берска Краеве. Экономическая блокада добьет Скифию окончательно, а значит, такого развития событий никоим образом нельзя допустить.
Так что почти пять лет мы балансируем на гране военной и экономической катастрофы. И теперь новое правительство хочет, чтобы в ГДЮ осознали — с нами нужно считаться. Прошлые хозяева дома на набережной помнится поначалу тоже этого хотели…
Посол Колумбийских Штатов был потомком скифских эмигрантов в третьем поколении. Даже фамилия у него — Никольский. Так что по началу кое-кто из наших питал надежды на то, что с ним будет проще договориться. Не знаю, не знаю, я еще впервые увидев этого жилистого поджарого господина в безупречном черном костюме понял, что он — противник. Наверное, опять сработал закон, по которому подобные едят подобных с самым лучшим аппетитом.
Мои коллеги дали Генри Никольскому прозвище “старик”. Он действительно ему соответствует, хотя ведь еще не то, чтобы стар. В глазах что ли дело или в жестах?
И вот он сидит напротив меня с окостеневшими чертами лица, напоминая сейчас ветхий монумент какому-нибудь конкистадору. Руки собраны в замок, глаза застыли под стеклами очков. Внимательно слушает зачитываемую ноту.
А тон документа ему должен не нравиться. Давно здесь не произносили: “политика провокаций и убийств”, по отношению к действиям ГДЮ. Правда и уничтожения поселка со всеми восьмистами жителями не было уже года полтора. Да и Линский Вяз стоял на самой границе. Так что реакция могла быть куда более жесткой. Пожалуй, даже удивительно, что она в таковую не трансформировалась…
Коммунисты потом будут кричать, что власть струсила. Если бы… Тогда просто: слабые люди не сумели принять решения, адекватного ситуации. Трусы и идиоты не помогли нашим братьям — берсам.
