Читаем ДЕНЬ БЛИЗНЕЦОВ онлайн бесплатно
При входе дюжие ребята в штатском и с карточками президентской охраны споро проверяли входящих на наличие пригласительного билета, вместе с тем следя, чтобы в зал не было пронесено ни одной вещи размером больше двух дюймов. То и дело возникали скандалы с неправильно аккредитованными журналистами.
В самой аудитории уже было шумно, людно и несколько душно. Уверенные в себе девушки в блеклых по последней моде платьях рассаживались по местам, тут же начиная одаривать оценивающими улыбками незнакомых им соседок и галантных молодых людей. Перед первым рядом не в ногу выстраивались телекамеры и их операторы, отгороженные от кафедры жгучими брюнетами в зеркальных очках и серых костюмах.
Президент, прибывший полчаса назад, находился в слегка нервозном состоянии и периодически начинал вновь перечитывать свою речь. Он хватал карандаш, что-то зачеркивал, читал, зачеркивал снова и водил глазами по высокому сводчатому потолку.
Последние два-три месяца Китон был постоянно не в духе из-за непрекращающегося судебного разбирательства о его взаимоотношениях с одной дамой. Между прочим, тоже студенткой. Его стали жутко раздражать журналисты, но показывать это было никак нельзя — иначе можно и не мечтать о втором сроке. Специалисты советовали не смотреть телевизор и расслабляться. Как будто это возможно сделать…
А с экрана все высовывались новые улыбающиеся рожи и строили какие-то новые версии, предположения, теории. Вчера, например, некий умник с NNC рассказывал, что ГДЮ начал операцию в Берска Краеве, чтобы отвлечь внимание от личных проблем президента… Да тут еще охрана повисла — не шагу без их ведома. Вот и верь, что живешь в самой свободной в мире стране…
Китон посмотрел на часы — до начала выступления двенадцать минут. Он повернулся к своему пресс-секретарю и, покачав головой, вздохнул:
— Да не смотри ты на меня так, Эл, лучше что-нибудь попить принеси.
Вопреки прогнозам синоптиков солнце жарило нещадно. Студенты спешили нырнуть в относительную прохладу университетского мрамора, и агенты охраны посматривали на них с завистью.
— Надо потребовать от властей, чтобы нас приравняли к участникам боев на экваториальном поясе, — отдуваясь и обмахиваясь газетой, говорил Нэд. — Мы ведь буквально в осаде враждебных племен. — И он кивнул в сторону очередной группки черных.
Дан усмехнулся:
— Ты еще на моей родине не был.
— И не буду, — стирая ладонью пот со лба, пообещал Нэд. — Гриль-баров и у нас хватает.
— Извините…
Из-за колонны вынырнула смуглая девица в пепельном костюме. Темный макияж, курчавые волосы и восточные глаза. Видимо, рабатка.
— Зайла аль Хашид, — представилась она, протягивая Дану пригласительный билет.
Тот быстро его просмотрел и, кивнув, вернул девушке.
— А я бывал в Ринае, — сказал он, — сказочное место… Прошу прощения, мисс, но нам придется досмотреть вашу сумочку.
Зайла удивленно вскинула брови.
— Видите ли, — вмешался Нэд, — это абсолютно не значит, что мы вам не доверяем…
— Хорошо, — дернула плечом девушка, — если надо…
— Пустая формальность, — извиняющимся тоном произнес Дан, но сами понимаете…
Нэд, удостоверившись, что в сумочке самая опасная вещь — расческа, вернул ее девушке.
— Все в порядке, — сказал он. — Проходите, мисс.
Зайла белозубо улыбнулась и, громко топая каблучками, исчезла в прохладном колодце университетского коридора.
Нэд подозвал к себе паренька — разносчика прохладительных напитков и, положив ему в ладонь две зеленые бумажки, взял полуторалитровую бутыль оранжевого цвета.
— Сейчас ты отопьешь купленной жидкости и свалишься в страшных судорогах, — сказал Дан, глотая травяной отвар из фляжки с распластавшимся по ней орлом. — Потому что мальчик окажется агентом берских боевиков.
Нэд хмыкнул:
— Ну не твою же отраву хлестать. От нее загнешься и без агентов.
Завинтив крышечку, Даниэль взглянул на пустеющие ступени, а потом на часы.
— Все, — махнул он рукой, — скажи ребятам чтоб через минуту закрывали. Наш вход и так последний.
На приветствие президента зал ответил доброжелательным гулом и аплодисментами. Молодежь симпатизировала тридцативосьмилетнему Китону даже несмотря на разразившейся вокруг него скандал. Для нее амурные похождения президента — просто постоянная рубрика в светской хронике теленовостей, а никак не политика. Да и вообще, не за это надо не любить главу государства. И любить тоже.
А любить Китона стоило за то, что он отдал свою зарплату в помощь больным СПИДом, за то, что он восстановил права черных на учебу в четырех южных штатах, за то, что он выступил против убийц мирных людей — берсов, или хотя бы просто потому, что он — веселый парень не связанный дурацкими предрассудками.
И он тоже любил их за то, что они все это видят.
— Ребята, — говорил президент, сияюще улыбаясь каждому из пришедших, — я рад вас всех здесь видеть. И знаете почему? Потому что мне нравится видеть вместе столько хороших людей.
Новый взрыв аплодисментов, и Китон точно оперный певец ждет, когда смолкнут овации, и только после этого продолжает:
