Читаем Дранг нах Зюден — II онлайн бесплатно
- Риск!? – от этих слов фюрера будто подбросило. Да – это риск, тут вы совершенно правы Гальдер. Но если я бы только и делал. Что слушал ваши умные речи о риске - ничего бы не было! Мы бы не вошли в Рейнскую область, топтались бы на чешской границе, не посмели вернуть себе Данциг, напасть на французов и наконец, не вышли бы своими танками к Суэцкому каналу и Персидскому заливу – Гитлер в ярости загибал пальцы перед понурившимися генералами. - Если вы боитесь, я вас не неволю. Подавайте в отставку, на ваше место всегда найдутся желающие. А если нет – то помогайте мне. Для вас у меня много работы, ведь «Искандер» не последняя операция против тех, кто не стал нашим союзником.
Подавленные духовным напором вождя, его экспрессией, генералы ничего не сказали ему в ответ, хотя как оказалось во многом были правы. Как бы это не смешно звучало, но опасения Браухича и Гальдера относительно советской угрозы имели под собой реальные основы.
К тому моменту, когда Басра держалась из последних сил, на доклад к Сталину в Кремль, явились два самых главных военных Страны Советов - нарком обороны маршал Тимошенко и начальник Генерального штаба генерал армии Жуков. Они представили на рассмотрение «вождя народов» свое стратегическое творение - план операции «Гроза». Она предусматривала нападение на Германию силами трех приграничных военных округов: Прибалтийского Особого, Западного Особого округа и Киевского Особого.
Согласно замыслу разработчиков операции главный удар должен был наносить Киевский военный округ силами мехкорпусов сосредоточенных на перемышльском выступе по направлению Люблина и Кракова, с целью отрезать Германию от её южных союзников. Одновременно с этим, с выступа в районе Сувалок, начинал свое наступление Западный округ наступал своими механизированными корпусами на Варшаву, прикрывая правый фланг Юго-Западного фронта. Войска Прибалтийского округа оказывали своим соседям вспомогательную помощь, ведя наступление на Мемель и Кенигсберг, связывал боем немецкие войска, находившиеся в Восточной Пруссии.
По заверениям военных на все окончательные приготовления понадобиться две-три недели, после чего можно было смело наносить удар по врагу.
- Все самые лучшие дивизии немцев на данный момент задействованы в Африке и Ираке, и быстро перебросить хотя бы часть сил на нашу границу, у немцев нет никаких возможностей. Сейчас на всем протяжении нашей западной границы, вперемешку с пехотными соединениями венгров и словаков стоят немецкие корпуса, в составе которых моторизированные дивизии составляют всего лишь одну треть, – в два голоса уверяли Сталина Тимошенко и Жуков. - Во время наступления немцев на Францию и Бельгию ситуация для нанесения удара по немцам была намного хуже. Грех не воспользоваться таким подарком.
Вождь внимательно выслушал лучшие умы советского военного искусства, а затем подверг их безжалостной порке и остракизму.
- Как вы только могли додуматься до подобного!? Вам, что там у себя заняться больше нечем, как составлять эти утопически пораженческие планы!? Вы что не понимаете, что своими необдуманными действиями неотвратимо толкаете страну в пропасть!? – громко гневался Сталин перед оторопевшими от испуга генералами и вытянувшимися перед ним во весь фронт.
- О каких военных действиях против Гитлера можно говорить, когда вновь созданные дивизии в лучшем случае имеют половинный своего списочный состав, а в худшем только существуют на бумаге. Когда опыт руководства вновь назначенных комдивов исчисляются месяцами, а боевого опыта нет и в помине? Когда перевооружение наших механизированных корпусов новыми образцами вооружения осуществлено всего лишь на двадцать – двадцать пять процентов, а в авиации не достигает и тридцати пяти!? Когда у артиллеристов нет в нужном количестве крупнокалиберных орудий и минометов, без которых невозможно прорвать эшелонированную оборону противника, а у пехотинцев автоматических винтовок, автоматов и пулеметов. Все это должно появиться в конце следующего года и значит говорить о начале боевых действий против Гитлера сейчас, просто не приходится.
- Но обстановка для нанесения удара по Берлину благоприятнейшая, товарищ Сталин, - буквально по слогам простонал Тимошенко, - другой такого подобного случая у нас может и через сто лет не будет!!
- Может и не будет, но воевать с противником, у которого полностью отмобилизована армии и промышленность переведена на воинские нужды обутыми в одном сапоге мы не будем, товарищ Тимошенко. Так воевать значит сознательно обрекать свою армию одерживать победы не благодаря знанию и умению, а тупо заваливать врага трупами наших солдат. Мы, такой подход к делу не приемлем! – вождь решительно постучал пальцами по столу.
- Войны без потерь не бывают. За каждую победу приходиться платить свою цену – это, к сожалению, неотложное право любой войны – убежденно заявил Жуков, чем ещё больше разозлил Сталина.
