Читаем В душу онлайн бесплатно
— Как-то раз я услышала разговор родителей. Папе поставили диагноз, и они обсуждали, что кто-то из нас может быть носителем этого гена. Я подсмотрела папино заключение, стала читать про это заболевание и была уверена, что мне точно не повезет.
— Подожди, ты что, из-за этого начала употреблять наркотики? — моему удивлению не было предела. Да, я знала о существовании такого злополучного гена, но никогда особенно не задумывалась о том, что у нас с Лизой он тоже может оказаться.
— Да, — прошептала она.
— Серьезно? — не поверила я.
— Папа с трудом ходил, двигался. Мы все срывались на него, когда он по сто раз в день просил о помощи. Я представила, что тоже заболею, и вы будете ненавидеть меня и ждать, когда я умру.
— Разве мы ненавидели папу? — тихо проговорила я со сжимающимся сердцем.
Лиза стиснула зубы и отвела взгляд.
— Я не хотела к нему подходить. Злилась. Какая из меня дочь? Такое бы отношение было и ко мне.
— Но злость и ненависть-то — это разные чувства. Я тоже злилась, но папу любила и люблю. Мы просто все очень устали. У нас не было сил, вот и сорваться могли в любой момент. И ты тоже любишь папу.
— Рит… я просила его отстать от меня, говорила, что он мне надоел, — из ее горла вырвался плач. — Как ж-же, наверное, т-тяжело было с-слушать это от род-дной д-доч-чери.
— И я наговорила ему всяких обидных вещей. Потом мне было очень стыдно. Я винила себя, но по-другому не могла. Хотелось ему помочь, но эта постоянная беготня и переживания, как там папа, не упал ли, не ударился ли головой, выкачали из меня все соки. Думаю, папа это понимал и знал, что мы его очень любим.
Лиза задрожала и громко всхлипывала носом. Я редко видела, чтобы она плакала, поэтому, недолго думая, крепко обняла ее. Мой рукав насквозь промок. Хорошо, что мимо нас никто не ходил и не отвлекал лишним вниманием. Мы простояли так минут пятнадцать. Постепенно Лиза начала успокаиваться, но не спешила отсоединяться от меня и шепотом, дрожащим голосом заговорила в мое плечо:
— Когда я кричала на него из-за того, что он хотел найти в нашей комнате наркотики, папа назвал меня дурой и сказал, что я перестаю быть его дочерью. А ведь он тогда уже тяжело ходил, спотыкался на ровном месте и похудел до костей. Но мне было все равно на это. Я продолжала изводить его и сбегать из дома.
— Если бы тебе было все равно, то ты бы так сейчас не переживала. Да и у тебя не было бы поводов употреблять.
Сестра замерла. Я продолжила, почувствовав, что мои слова заставили ее задуматься:
— Лиз, ты была еще ребенком и ничего не понимала. Разве можно обвинить ребенка за ошибки? Если только его родителей. Но и родители не роботы и тоже не могут везде помочь и за всем проследить. Кого тогда винить? Получается, никого. Никто не виноват. Мы просто люди, просто живем и поступаем так, как чувствуем. Не всегда получается делать правильно. И часто мы говорим не то, что думаем. Пытаемся защититься с помощью слов, но не передаем наше отношение к ситуации. Думаешь, папа перестал считать тебя своей дочерью? Вспомни, как он заботился о нас, носил на плечах, брал к себе в гараж, покупал втайне от мамы нам карандаши и бумагу, когда не было денег. Разве он мог разлюбить тебя из-за наркотиков? Папа переживал и хотел помочь. Он мне всегда говорил, чтобы я не обижалась на тебя, убеждал, что у тебя просто тяжелый период, он пройдет, и мы снова станем общаться, как раньше. Папа никогда не говорил ничего плохого о тебе. — Под конец уже и мой голос дрогнул. По щеке скатилась слеза, а за ней вторая. Теперь мы заплакали вместе.
— Я не хочу, чтобы Денис прошел через то же, что и мы. Он недавно сказал, что хочет от меня детей. В тот момент я решила достать дозу. Не знаю, смогу ли вообще забеременеть после того, как подорвала себе здоровье. А если забеременею, и болезнь начнет развиваться… Тогда ребенок будет расти в постоянном страхе, что я умру, и в будущем тоже может заболеть. Не могу так поступить с ним… И с Денисом. Ему нужна нормальная женщина без такого прошлого и гена.
— Ты даже не знаешь, есть у тебя этот ген или нет! — воскликнула я и посмотрела на Лизу, нахмурившись. Она подняла голову с моего плеча.
— Есть. Я уверена.
— Под конец нашего разговора у меня тоже что-то задергается. Тоже к гену отнесем?
— Рит, у меня регулярно что-то дергается. У здорового человека так быть не может. Я спрашивала у преподавателей в колледже.
— А есть абсолютно здоровые люди? У всех постоянно что-то болит. А дергаться может не обязательно из-за хореи Гентингтона.
Было видно, что сестра не согласна с моими словами.
— А можно как-то обследоваться на этот ген? — предположила я.
— Да, — тут же ответила Лиза. — Есть генетический тест.
— А где его можно сделать? И как?
— Да в нашей частной клинике. Просто сдаешь кровь.
Получается, Лиза уже давно об этом узнала.
— И ты сдала? — спросила я с замиранием сердца.
— Нет.
— Почему?
— Я боюсь, — дрожащими губами прошептала Лиза.
— Но ты же и так себе диагноз поставила! Так какая разница?
Лиза замялась.
