Читаем Тон онлайн бесплатно
Голограмма исчезла с громким треском. Я продолжал изумленно смотреть на стол. Интересно, именно так чувствовали себя жители Африки, когда впервые увидели снег? И вообще, что это было? В замешательстве я перевел взгляд на Пака, который продолжал постукивать пальцами по столу.
– Прости, – произнес он.
– Это… – Я не мог подобрать слов. – Хотите сказать, что эти люди будут проходить ТОН?
Пак сжал кулаки. Видимо, он действительно испытывал вину. А скорее всего, еще и пытался подавить гнев – если взглянуть на то, насколько ярко он сейчас выражал эмоции.
– Другие дети могут испытать сильное потрясение, если я направлю их к таким претендентам. Но и ты тоже, конечно…
– Я готов. Запускайте процедуру отбора.
Пак пораженно уставился на меня своими темно-карими глазами и произнес:
– Но я должен тебе сказать…
– Не стоит. Я делаю это не ради вас.
Он растерялся, не зная, что сказать.
– Эти люди мне на самом деле понравились.
Мне захотелось с ними встретиться. Я улыбнулся – правду говорить легко и приятно. Пак разглядывал меня со сложным выражением лица. Что ж, его удивление было понятным. Я никогда не реагировал так положительно.
– Из всех претендентов эти понравились мне больше всего.
Пак покачал головой, показывая, что ничего не понял.
– У тебя в голове слишком много мыслей.
Вроде комплимент, а вроде и нет. Хорошо, что хоть не сказал, что много бесполезных мыслей. Хотя иногда даже бесполезные идеи могут изменить мир.
– Я хочу, чтобы ты жил в мире без притеснений.
– Но ведь в обществе так любят навешивать ярлыки.
Лицо Пака потемнело – сразу видно, человек без чувства юмора. Кажется, он забыл, что мне семнадцать и, как любой подросток, люблю язвить.
– Тебе следует быть более внимательным к своей жизни.
Я знал, на что он намекает. Но точно так же, как я знал лишь одну сторону воспитателей, так и они знали лишь одну мою сторону.
– Я внимательнее всех отношусь к своей жизни. Именно поэтому я так и не покинул центр по достижении семнадцати лет.
Пак промолчал. Мой взгляд зацепился за голубые ниточки вен на тыльной стороне его ладони. Сложно поверить, что внутри такого холодного на эмоции человека течет теплая кровь. Интересно, а какими были родители Пака? В какой семье он вырос? Насколько строгими были его отец и мать, если он стал таким принципиальным и закрытым человеком?
«Что лучше: жить с родителями, которые заслуживают всего пятнадцать баллов, или жить с клеймом центра ДН?» Я вдруг вспомнил слова Чхве и рассмеялся.
– На самом деле у меня все не так плохо.
На лице Пака отразился немой вопрос.
– По крайней мере, у меня есть право выбирать родителей.
Директор вновь ничего не сказал.
– А в мире есть дети, которые лишены такой возможности.
Я встал, отодвинув стул назад.
– Пожалуйста, запустите процедуру отбора как можно скорее.
Я поклонился и направился к двери.
– Я был одним из таких детей, – вдруг произнес Пак.
Я резко обернулся. Сегодня в каждой его черточке – бледном лице, остром подбородке, широком носе и плотно сжатых губах – чувствовалась отстраненность. Внутри глубоких темно-карих глаз светилось горькое одиночество. Пак был похож на одинокий остров, спрятанный в объятиях густого тумана на бескрайних просторах моря. Словно окруженный вуалью, он всегда скрывал свои истинные чувства.
– Что вы имеете в ви… – замямлил я.
– Как только станет известна дата тестирования, я сообщу.
Пак не дал мне закончить. В его взгляде читалась растерянность, будто он сказал лишнее. Он снова спрятался за вуалью тумана. Директор хорошо меня знал – как и я его. Он был не из тех, кто ответит на любой вопрос. Возможно, это и к лучшему, что он сменил тему.
– Отдохните от работы. Выглядите уставшим.
– Не переживай, я прекрасно знаю свои возможности.
– Нет, не знаете. Просто делаете вид.
Он ничего не ответил.
– А то будет как в прошлый раз, когда вы упали в обморок и вас несли на носилках.
Директор был трудоголиком. Ему приходилось проверять на подлинность все документы претендентов, отправленные из головного центра: удостоверения личности, справки с места работы, выписки из медицинской карты, информацию о родственниках и даже информацию об увлечениях. Если с документами было все в порядке, Пак начинал искать подходящего ребенка, после этого собирал совещание со всеми воспитателями. Но в конечном итоге именно он изучал голограммы претендентов и решал, показывать ли их ребенку.
И на этом его обязанности не заканчивались. Директор также следил за безопасностью и здоровьем детей в центре. А вот за своим следить не успевал. Ходил туда-сюда суровый, худющий и высоченный. Если дело так пойдет, то уже в следующем году я смогу выиграть у него в армрестлинге. А может, и сейчас смогу. Он упал в обморок, когда изучал пищевые привычки детей с недостаточным весом. Это сильно нас испугало, но в то же время позабавило из-за ироничности происходящего.
– Один человек сказал мне, что здоровье – это не то, в чем можно быть абсолютно уверенным.
– И кто это был? – спросил директор.
– Чхве.
– Она, конечно, права. Но в первую очередь она беспокоится о вас.
Я покачал головой, показывая, что не согласен:
