Читаем Тон онлайн бесплатно
Верно, уже почти время ужина, но было кое-что поважнее. Дверь открылась с привычным жужжанием, и я бросился вперед. Добравшись до длинного коридора, я столкнулся с потоком воспитанников, напоминавших стадо травоядных животных, двигавшихся в поисках пастбища. Неужели я опоздал? Наконец мой взгляд выхватил впереди макушку Ноя. Я подбежал к нему и со всей силы ударил по плечу. Не ожидавший нападения Ной резко повернулся. Его боевая стойка действительно впечатляла. Камера над нашими головами тут же мигнула.
– Ты чего это?
– У тебя же черники не осталось? – спросил я.
Ной непонимающе оглядел меня с ног до головы.
– А у меня ее много. Я тебе всю отдам.
Глаза Ноя недоверчиво округлились:
– Серьезно?
– Мы же друзья!
Ной снова просканировал меня недоверчивым взглядом. Я понимал его чувства, и мне было жутко перед ним неудобно, но другого выхода не было.
– Прости, пожалуйста. Надеюсь, ты поймешь. У меня очень мало времени…
Я бросил взгляд в камеру над головой.
– Что я должен понять? – удивленно спросил Ной.
– Сожми зубы.
– Что?
– Зубы сожми!
Я нанес ему удар кулаком в лицо, и Ной, потеряв равновесие, тяжело упал на пол. Завизжала сирена, со всех сторон красным светом замигали лампы.
– Ян 301, Ян 301. Нарушение запрета на применение насилия. Нарушение запрета на применение насилия. Срочно проследуйте в главный корпус…
Часы показывали ровно шесть. Ной, лежа на полу, со стоном прикоснулся к щеке:
– Да что с тобой такое, придурок?
– Прости.
Я поспешил к траволатору.
– Ной просто стоял. Зачем ты его ударил?
– Слышал, что комнату раскаяния перенесли в другое здание. Вот, захотел проверить.
– Шутки вздумал шутить?
Хван, сложив руки на груди, грозно взирал на меня. Я пытался незаметно рассмотреть коробки, стоящие на полках. Где-то среди них…
– Смарт-часы.
Повинуясь приказу, я снял их с руки.
– Надеюсь, ты подробно напишешь, почему ударил Ноя.
Хван положил на стол листок и ручку и ушел на ужин, закрыв за собой дверь. Часы показывали шесть часов пятнадцать минут.
Я посмотрел на пустой белый лист. Ной увидел спор Пака и Чхве в половину седьмого. Оставалось еще пятнадцать минут. Внезапно раздался звук открывающихся дверей и приближающихся шагов. Начав быстро открывать коробки, я, наконец, нашел в одной из них пульт и нажатием кнопки запустил охранную систему.
Дверь из специального сплава стала прозрачной, и я увидел Пака, сидевшего в комнате отдыха. Внутри что-то кольнуло. Совесть кричала о том, что происходит недопустимое, но как только охранная функция выключилась, я снова нажал на кнопку.
Пак встал и посмотрел в окно. На его лице читалась тревога. Так не должен выглядеть человек, собирающийся в отпуск… Зазвучала тихая мелодия, и смарт-часы Пака загорелись. В воздухе возникла голограмма Чхве.
– Сегодня я не приду на инструктаж.
Чхве еще не успела договорить, как Пак тут же выключил голограмму и сглотнул. Если все так продолжится, то у меня ничего не получится! Чхве должна прийти и задать Паку вопросы. Если ее не будет, тогда я напрасно сюда пришел. Что же делать? Может, Хван что-то знает? Может, мне спросить у него? Но он тоже не болтун. Не факт, что Хван мне все расскажет. И что, мне просто вот так взять и отпустить Пака? Ведь даже в отпуске он всегда оставался в центре и приглядывал за детьми. Для каждого из нас он был отцом. Пак прислушивался к нам, ждал, пока мы не откроем свое сердце, находил подход к тем, кто не знал, что делать. Я боялся, что он уедет и никогда, никогда больше не вернется.
Двери в комнату отдыха открылись, и внутрь без разрешения сразу зашла Чхве. Пак повернулся к ней, будто бы ждал.
– Вы же сказали, что не придете на инструктаж?
– Да, но я не говорила о том, что мне самой нечего вам сказать. Вы ведь даже не дослушали мое сообщение до конца.
Голос Чхве звучал так, будто она вот-вот закричит.
– Я знаю, что вам нечего мне сказать. Можете идти.
– Вы оставляете место директора в такое непростое время и думаете, мне нечего вам сказать?
– Хван будет заниматься делами вместо меня. Разумеется, другие Питы тоже будут…
– Я прошу тебя…
«Тебя»? Все Питы обращались друг к другу исключительно на «вы»! Ни у кого из них не было специальных должностей. Выше всех стоял директор, но и он обращался ко всем работникам исключительно вежливо. Неужели они знали друг друга еще до центра? На лице Пака появилось беспокойство.
– Мы с вами находимся в центре. Не забывайте о правилах.
Чхве бросила взгляд на смарт-часы и внезапно усмехнулась:
– До окончания рабочего дня осталось тридцать минут. Но я могу закончить прямо сейчас, а завтра прийти на полчаса раньше. Так что теперь я не твоя подчиненная.
– Пит.
– Я не ваша подчиненная! И ты тоже можешь избавиться от формальностей.
Чхве улыбнулась, а Пак, глядя на нее, лишь покачал головой, будто признавая поражение. Чхве была единственной, кто мог так разговаривать с ним.
– Хорошо, о чем ты хочешь поговорить?
Дрожащий голос Пака растворился в пространстве, словно капля чернил, упавшая в воду. Передо мной стоял уже совсем не тот невозмутимый директор центра.
