Читаем Тон онлайн бесплатно

«О чем?» – Я молча посмотрел на него. Ной, открыв пачку, хрустел чипсами.

– О том, что чувствую себя африканской газелью.

– И что это значит?

Ной слизнул крошки, прилипшие к уголку рта.

– Недавно посмотрел одну документалку про животных. В ней рассказывали о газелях, находящихся на гране вымирания. Представляешь, сразу после рождения детеныш может ходить и даже бегать. Разумеется, он не в состоянии выжить без материнской защиты, но самые простые дела детеныш может выполнять и сам. А что насчет людей? Мы рождаемся и учимся ходить, бегать, говорить. Разве не глупо, что мы все это умеем и все равно ищем себе родителей?

Ной, видимо, считал, что поиск родителей – бессмысленное занятие. Возможно, в чем-то он был прав…

– Я теперь чувствую себя африканской газелью. Родился, умею ходить, говорить, но все равно ищу себе родителей!

– Ты забыл добавить, что еще и дерешься.

– Это же просто привычка.

Пак обязательно найдет для него подходящих родителей. Конечно, Ной довольно вспыльчивый, но вдумчивый парень. Может, он прав и все мы, дети нации, похожи на газелей, зебр и жирафов. Думаем, что как только найдем родителей, то сразу сможем по-новому ходить, бегать и говорить. Мы не можем полноценно жить в одиночку, нуждаясь в защите. Интересно, если бы сразу после рождения люди могли бегать, ходить и говорить, уменьшило бы это боль от забытых травм, полученных в детстве?

– Ян, а ты знаешь, что существует около шести видов газелей?

Опять газели? Он что, и правда вознамерился стать одной из них? И что на этот раз хочет рассказать? Глядя на мое лицо, на котором отражались все мысли, Ной развеселился.

– И вот среди них есть газель-дама.

– Дама? Она прямо так и называется?

Ной закивал:

– Ага. Обитает на плоскогорьях на каком-то материке, находится на грани вымирания. Но подумать только, газель-дама, прикол, да?

– Знаешь, уж лучше дама, чем кавалер.

Удивительно, что в мире есть живое существо с таким интересным названием. Я хихикнул и хлопнул Ноя по плечу.

– Если у тебя заканчиваются бонусы, говори.

Мы шли по траволатору. Я внезапно застыл на месте. Стоп. Если Ной снова находился в комнате раскаяния, то, значит, он снова подслушивал разговоры Пака?

– Ты чего замер? – спросил Ной, продолжая жевать чипсы.

– А ты вчера, случаем, не заглядывал в комнату отдыха Пака?

«Ага», – крупными буквами было написано на лбу у Ноя. Помимо него мало кто бывал в комнате раскаяния, поскольку всем воспитанникам с детства прививалась мысль не причинять вреда окружающим. В других центрах комнаты раскаяния располагались в обычных кабинетах, но поскольку наш центр показывал самые низкие результаты, то его финансовая поддержка была небольшой. И именно поэтому в целях экономии места для новой комнаты раскаяния сократили личное пространство директора.

– Ты не заметил ничего странного?

Ной задумчиво выпятил губы:

– Он, как обычно, читал книгу. А, и разговаривал с Чхве.

– С Чхве? Она снова там была?

– Ага, вроде бы что-то ему докладывала.

А, ну в этом ничего странного…

– Понятно. И ничего необычного?

– Например?

Если бы между Чхве и Паком что-нибудь произошло, Ной бы уже все выложил. Может, Чхве действительно просто зашла по работе?

– Да что там может быть необычного! Чхве, кстати, обещала и сегодня зайти.

– Во сколько она вчера пришла?

– Где-то после шести. В половине шестого в комнату зашел Пак, а она через какое-то время. Но мне кажется, она реально ненавидит директора. Когда выходила из комнаты отдыха, такое сказала!

– И что же?

– Сказала, чтобы он сосредоточился на работе центра. Мол, другие мысли мешают работе. Представляешь, сказать такое Паку? Ну Чхве дает!

Неужели она отчитывала его за недавний отгул? Он ведь как раз уехал во время моего второго тестирования… Но Пак ведь тоже человек. У него могли возникнуть непредвиденные обстоятельства или важные дела. Зачем бы Чхве его отчитывать? Пак не волновался, даже когда сверху на него стали давить из-за низкого рейтинга. Что же такого могло произойти? Почему директор не мог сосредоточиться на работе?

– О чем ты так задумался?

Я никак не мог найти ответа на свой вопрос. Неужели случилось что-то серьезное?

– Эй, Ян, ты идешь? Обед уже закончился!

Ной высыпал остатки чипсов себе в рот и пошел вперед. Раздался сигнал, оповещавший о начале пятого урока. Я медленно шагнул на траволатор.

Позднее, выглянув в окно, я увидел, как два человека пересекали спортплощадку: директор центра и Хван, ответственный за дисциплину. Площадку накрыли густые тени, на небе сгустились тучи, как будто собирался пойти дождь. В воздухе, проникавшем сквозь щели окна, чувствовался насыщенный запах ранней зимы. А лес, возвышающийся вокруг, оставался все таким же зеленым. Привычный пейзаж конечного центра…

Глава 7. Ради себя, все это – ради себя

Вечером пошел дождь. Капли громко стучали по оконному стеклу. Стало влажно, датчики загорелись синим светом, температура в комнате поднялась, и заработала система очистки воздуха.