Читаем Реликтомант онлайн бесплатно
Последняя строчка мне понравилась больше всех остальных.
Система, конечно, тот ещё бухгалтер, но считает она честно и в мелочах не жульничает. Уронил дерево на демона, изволь получить за работу.
Эля прикрутила горелку, встряхнула баллон и сообщила, что там осталось больше половины.
Хорошая новость. Из своих шестидесяти литров неприкосновенного запаса я сжёг сегодня хорошо если два, и, учитывая, что все целы и здоровы, траты вполне окупились.
Соня отлипла от ствола и сделала два шага к бревну.
— Это землерой, — сказала она вдруг. Голос у неё был ровный и какой-то сам не свой. — Он есть в книге. С картинкой.
— Хорошо, что есть, — отозвался я. — Значит, и название имеется.
— В книге они с ладонь.
Она подняла руку и показала мне ладонь, будто я мог не поверить на слово.
Эту мысль я взял и отложил на потом, вместе с несколькими другими. Ночью в лесу такие вопросы не разбирают.
Эля дошла до сестры первой.
— Ты понимаешь, что ты сделала? — начала она, и голос у неё сорвался на середине. — Ты понимаешь, что тебя чуть не съели? Мама всю деревню на ноги подняла, отец едва на ногах держится, а порывался пойти за тобой, а ты…
Соня молчала.
Не спорила и не оправдывалась. Просто стояла, смотрела в землю и молчала так упорно, что стало ясно: этот замок мы сегодня не откроем.
Эля покричала ещё немного, потом обняла её и заплакала сама, и вот это уже было нормально.
Я в разговор не лез.
Да и не до разговоров сейчас. Сначала надо домой вернуться. Всё остальное потом. Разбираться, ругать, наказывать и задавать вопросы.
— Уходим, — сказал я. — Эля, держи сестру за руку и не отпускай. Миша, тушу донесёшь? — я кивнул на демона.
Глупо было бы бросать добычу. Если уж шкура мелких демонят такая ценная, то что говорить об этом.
Михаэль без лишних слов закинул трофей на плечо и поспешил следом за сестрой.
Булыча я подхватил сам.
Он, само собой, оскорбился до глубины души. Пёс отработал бой лучше всех нас и считал, что уходить с поля обязан на своих четырёх, а не подмышкой у начальства.
Всю дорогу он деловито пытался слезть. Но я видел, что его уже едва ноги держат, а нам надо торопиться.
Так что я терпеливо объяснял, что герои иногда доезжают до дома на руках, и ничего постыдного в этом нет.
Услышав про героя, Булыч, наконец, успокоился и расслабился, будто понял.
Деревню мы едва нашли.
Поле, темнота и где-то в этой темноте наши шесть домов, из которых я в конце концов разглядел один по слабому рыжему пятну в дверной щели.
Печи. Вот и весь наш свет на всю деревню.
Пока мы шли на это пятно, я успел подумать, что вопрос придётся решать. Человек, который ночью не видит дальше своей руки, работать не может, охранять не может и вообще годится только на то, чтобы упасть в собственный колодец.
Дозорные у нас, конечно, имели при себе мои фонари. Но вот я забрал их с собой, и привет.
Так что надо что-то с этим делать.
Люди высыпали к околице все разом. Изольда шла первой и, увидев дочь, не сказала ни слова.
Она просто села на землю прямо там, где стояла, и притянула Соню к себе.
Глафира тут же начала греть воду. Оскар зачем-то принялся считать вернувшихся, хотя нас было всего четверо.
Дитрих обошёл нас кругом, ощупал взглядом с ног до головы и, убедившись, что все целы, молча отошёл.
Мишу я отправил наверх с тушей сразу, не заходя в дом.
А Володя доковылял до крыльца, посмотрел на младшую дочь и сказал только:
— Утром поговорим.
Разговор, впрочем, состоялся уже через час, потому что откладывать такие вещи бессмысленно.
Соню отмыли и посадили на лавку у печи.
Она сидела прямо, как на приёме у важных гостей, держала на коленях кружку с горячим, но всё также молчала.
Спрашивали её все и по-разному.
Первым спросил Ганс, потому что стоял ближе всех к двери и вопрос у него был самый простой.
— Барышня, вы хоть за чем ходили-то? За ягодой?
Соня качнула головой.
— За грибами рано, — сообщил конюх в пространство. — Не сезон.
Дитрих сел напротив, положил руки на колени и заговорил так вкрадчиво, словно боялся, что она как дикое животное от любого резкого звука даст дёру.
— София. Зачем ты убежала? А главное, куда ты шла? Ты ведь не наугад по лесу бродила. Значит, знала куда.
Тут она подняла голову.
Я стоял у стены и видел её лицо целиком. И видел, как она набирает воздуха, будто человек, который наконец решился.
— Я шла… — начала Соня.
— Ох, ну началось, — перебила Изольда.
Она сказала это устало, вполголоса, даже не подняв глаз от кружки. За одну ночь эта женщина постарела года на три, и я вполне понимаю, откуда взялась такая интонация.
Только Соня услышала не усталость.
— Мама…
— Дитрих, не тратьте вы время. Она сейчас вам расскажет, что ей что-то приснилось, или что она что-то почувствовала. У неё это каждый месяц новое. Любит она выдумывать!
— Госпожа, а вдруг там…
— Год назад на конюшне были гарпии, — перебила Изольда. — Знаете, кто там был? Кошка. В десять лет к ней в окно на втором этаже заглядывал единорог, и мы всем домом бегали по саду с фонарями. Осенью суп был заколдован, а суп был просто пересолен.
В углу негромко хмыкнула кухарка.
Мелочь, а в тишине слышно всем.
